– Возьмем, возьмем, – сказал Тимур, продолжая сдвигать рычаг еще круче влево. – Кирик! Выравнивай в последний момент, иначе потеряем скорость.
Совместными усилиями удалось развернуть кареглазую практически на полном ходу и теперь они летели прямо на корабли пиратов. Те засекли их маневр, но вместо того, чтобы разделиться, оба взяли левее, пытаясь отвернуть. Не тут-то было. Маленькая, юркая кареглазая с двумя парами гипердвигателей нырнула вправо и продолжила нестись ровно навстречу.
– Гляди! – крикнул Тимур, показывая на панорамное окно. – Глядите!
Глаза капитана горели. Он не был так возбужден уже много лет, со времен последнего большого дела и грандиозного провала.
В окне можно было различить две мерцающие точки, которые стремительно увеличивались в размерах. Скорости были слишком высокие, чтобы заметить силуэты кораблей, поэтому точки немного помигали вдали, потом мигнули совсем рядом, одна слева, другая сверху, и пропали. До прогрева гипердвигателей оставалось два с половиной часа.
Зеленые треугольники некоторое время удалялись от центра, потом зашли на вираж и начали набирать скорость.
– Ну что, мы выйграли еще тридцать минут, – сказал Тимур с улыбкой и подал Виалисе пустой стакан. – Плесни немного.
Наверное, так оно и происходит, подумал Тимур. Хватаешься за жизнь, дергаешься, придумываешь что-то, но с каждым разом придумывать все сложнее, и ты все равно пытаешься, как-то выкручиваешься из последних сил, но силы-то не вечны. Наступает момент, когда усилий становится недостаточно и приходит конец. Почему-то Тимуру представился тетрис. Фигурки падают быстрее и сколько не старайся, но колодец уже не будем пустым. Можно радоваться, что удалось убрать пару рядов, но система устроена так, что победить невозможно.
– За нас! – сказал Тимур и выпил. – Мы еще повоюем.
Вражеские Д-шки были точно позади и стремительно ускорялись. Это была наихудшая из возможных ситуаций. Теперь пираты могли не маневрировать, а просто следить за кареглазой и повторять ее траекторию.
Снова загорелся сигнал вызова. Тимур, немного подумав, решил ответить.
– Слушаю, Као, – сказал он, когда на экране появилось бесстрастное квадратное лицо.
– Приветствую вас, капитан, – сказал Као. – Через двадцать две минуты ваш звездолет будет в зоне поражения наших нейтронных пушек. Вы хорошо сражались, но сейчас у вас шансов нет. Мы идем точно за вами.
– Спасибо за сводку, капитан. Что-нибудь еще?
– Мне нужна девчонка, – сказал Као. – Живой или мертвой, неважно. Вы и ваша команда не представляете никакого интереса. У вас есть двадцать минут, чтобы сдаться и выдать нам девушку.
– Хрен вам, а не девушка, – сказал Тимур, немного захмелев от водки. – Еще вопросы есть?
– Нет, капитан, – сказал Као и отключился.
Тимур развернулся в кресле к Виалисе. Она стояла в шаге от него, с опущенными руками и смотрела мягко и задумчиво, словно вспоминала что-то приятное.
– У нас двадцать минут, ребята, – сказал Тимур. – Я включил на всякий случай SOS, но на помощь никто не придет. Маневрировать бесполезно, отстреливаться тоже. Этим мы только земедлим кареглазую и сократим наше время.
– Можно надеть скафандры и выброситься в космос, – сказала Виалиса. – У вас где скафандры?
– У нас нет скафандров, – сказал Тимур. – А даже, если бы и были, мне не хочется торчать в темноте и холоде дополнительные тридцать минут, чтобы потом медленно умереть от удушья.
Внутренне он содрогнулся от этой мысли. Однажды, лет пятнадцать назад, ему пришлось выходить в открытый космос, чтобы залатать обшивку, а после проделанной работы оказалось, что люк шлюзовой камеры заклинило. Его спасли еще до того, как закончился кислород в баллоне, но ощущение медленно подступающего черного холода, запомнилось навсегда.
– Можно еще попытаться запустить гипертягу, – сказал Кирик. – Она прогрелась почти на шестьдесят процентов.
– Шансы нулевые, – ответила Виалиса. – Но если сначала притормозить, то можно попытаться унести за собой Као.
– Нет, милая, отбой, – сказал Тимур. – Никого мы с собой не унесем. В общем говоря, этот Као не такой плохой малый, если разобраться.
Виалиса подошла к Тимуру и взяла его за предплечье. Хотела что-то сказать, но в последний момент передумала.
– Спасибо, капитан, – сказала она. – Я пойду в каюту и побуду немного одна.
– Давай, милая, – сказал Тимур и повернулся к экрану.
Зеленые треугольники уже почти доставали носиками до центра.
– Где чертов Дод? – спросил он. – Так и отдаст душу, ковыряясь в микросхемах.
Корабль дернуло. Тимур почувствовал резкий толчок в спину, словно разъяренный космический бык поддал кареглазой под зад.
– Что это? Уже бомбят? – крикнул он, обращаясь к Кирику.
Тот внимательно изучал информацию на экране.
– По моим расчетам еще полторы минуты.
Рывок повторился. На этот раз сильнее, так, что Тимура чуть не выбросило из кресла. В рубку ворвался Дод. Ни слова не говоря, он запрыгнул в кресло и начал ожесточенно что-то крутить и настраивать.
– Где тебя черти носили, Дод? – спросил Тимур. – И что ты с кареглазой натворил? Ее дергает, как…
