– Чай, черный и без сахара, – заварив чай, поставила чашку Дениса на стол перед ним и тут заметила огромный синяк со ссадиной на его левом плече. Руки тоже были все в синяках, царапинах и ссадинах.
– Заканчивай с ужином, я сейчас аптечку принесу.
– Зачем?
– Ты свои руки и плечо видел? Надо обработать.
– Не суетись, само заживет.
– Денис, а если зараза попадет? А на плечо вообще компресс надо…
– Ксюх, успокойся, ничего страшного, – не обращая внимания на бубнеж Лаврова, притащила аптечку. И пока он пил чай, начала обрабатывать его руки и плечо.
– Чем это тебя так приложило?
– Обломок кирпича упал, пока остатки стены сносили. Все Ксюш, хватит. А то ты меня замажешь всего, – Денис забрал из моих рук ватный диск и отложил в сторону. Потом притянул меня к себе на колени, уткнулся носом в мою шею и гладил горячими ладонями мою спину, вызывая табун мурашек и необъяснимую тягу к его прикосновениям.
– Ксюх, а давай попробуем? Ты и я. Вместе, – неожиданно произнес Денис, отчего все внутренности стянуло, а сердце замерло.
– Лавров, тебе кирпич не только на плечо упал, но и на голову? – ответила, выдавив из себя подобие улыбки.
– Я вообще-то серьезно говорю, Ксюх, – он провел тыльной стороной ладони по моей щеке, отводя волосы в сторону от лица.
– Прости. Просто, учитывая наш последний разговор, это предложение довольно странно слышать от тебя.
– Не поверишь, сам в ах*е, но я действительно хочу попробовать. Ехал с завода домой, а оказался у твоего подъезда. Сам, бл*ть, не понял, как это произошло. У меня крыша уже от тебя едет, – после его слов сердце снова пропустило пару ударов и зашлось в учащенном ритме.
– Твои слова похожи на признание, – мне казалось, я почти прошептала эти слова.
– Это и есть признание. Так что скажешь?
– А как же твоя жена?
– Я решу этот вопрос, не волнуйся.
– Хорошо. Но никаких левых баб на стороне, – Денис улыбнулся.
– Нестерова, даже при всем моем желании у меня на них не встанет. Он теперь только на тебя запрограммирован.
– Я тебе говорила, что ты дебил? – спросила я Дениса, улыбаясь во все свои тридцать два то ли от счастья, то ли от его слов.
– Да, и не раз.
– Значит, повторяться не буду.
– Ксюх, надеюсь мне не нужно говорить о том, что и с твоей стороны «леваков» не должно быть? – уже серьезно без тени улыбки произнес Лавров.
– С нашей первой встречи на дороге у меня никого кроме тебя не было. Так что, похоже функция верности во мне «по умолчанию».
– А врач твой?
– Я его даже не целовала нормально, – Денис потерся щекой о мою щеку и прижался губами к моему виску, зарываясь одной рукой в мои волосы.
– Ты хоть понимаешь, во что мы с тобой вляпались сейчас? – он, немного отстранившись, заглянул в мои глаза.
– Друг в друга? – Денис улыбнулся моему ответу и прижал меня за талию крепче к себе, потянувшись к моим губам, но тут же застонал от боли в руке.
– Походу, ты сегодня сверху, – прошептал он мне в губы, проводя по ним языком, не скрывая улыбки.
***
Ксюша еще спала. Проснувшись, я некоторое время просто лежал и смотрел на нее спящую. Она по-детски сжимала угол подушки своей хрупкой ладонью. Этими же тоненькими пальчиками она теперь крепко держала мои яйца и сердце. И самое смешное, что я сам ей их вручил. Я аккуратно вылез из постели и пошел на кухню. Сварив кофе, замер у окна, вглядываясь в еще темное небо. Рассвет с каждым днем все позже. Фонари еще горят, но город постепенно просыпается. Люди спешат на работу, кутаясь в куртки и пальто. Небольшая изморозь покрыла стоявшие машины на парковке. И вроде обычное утро. Только на душе, впервые за долгое время, почему-то тепло и хочется по-глупому улыбаться. Внутренняя пустота заполнилась одним человеком, одной рыжеволосой стервочкой. Именно это приносит не только раздрай, но и счастье в мою душу. Одна встреча с этой бестией, и вся жизнь пошла совсем по другому пути. Она все изменила и в моей жизни, и во мне самом. И как только ей это удалось? Не знаю, сколько я так простоял, размышляя. Кофе давно остыл. Я вытащил из пачки сигарету и закурил, тут же почувствовав теплую ладошку на моей спине. Ксюха прижалась ко мне всем телом, заключая меня в кольцо свои рук.
– Доброе утро!
– Доброе! – я повернулся к ей, целуя ее сладкие губы. Она такая забавная с утра. Без макияжа с растрепанными после сна волосами в этой смешной пижаме, похожа на маленькую девочку.
– Завтрак?
– Не откажусь, – Ксюха занялась приготовлением бутербродов и омлета. Я бросил взгляд на свой телефон, который стоял на беззвуке. Экран то и дело загорался, извещая о вызове от Тани. Эта неугомонная за последний час набрала мой номер раз двадцать, а то и больше. Но я не поднимал трубку, не хочу больше разговаривать с ней при Ксюше.
***
Готовила для нас завтрак и упорно делала вид, что не замечаю, как его телефон разрывается от звонков Татьяны. Денис не поднимал трубку, отодвинув телефон на дальний край подоконника. Он наблюдал за мной и улыбался непривычно нежно. Нежность и мягкость никак не вязались у меня с образом Лаврова, но тем не менее, я видела всё это в его взгляде.
– Сегодня Ника с Игорем возвращаются из Краснодара.
