– Помниться, результат тебя не разочаровал. Уплетала картофанчик за обе щеки.
– А сегодня-то чего? Там же полный холодильник еды.
– Просто разогрел мясо с картошкой. Будешь?
– Буду, – потом подошла к Денису, обняла его со спины и проложила дорожку поцелуев вдоль позвоночника. – И еще кое-что тоже буду.
– Ай-я-яй, вы ли это, Ксения?
– Лавров, у меня два месяца не было секса. Еще одна шуточка, и я тебя изнасилую. Предупреждаю сразу.
– А кто тут шутит? Между прочим, ты не одна тут такая с вынужденным воздержанием, – Денис закончил раскладывать картошку с мясом по тарелкам и повернулся ко мне. Тут же подхватил на руки, заставляя меня обхватить его ногами. Посадил на подоконник.
– У тебя никого не было все это время? – я в удивлении вскинула брови.
– Нет.
– Врешь, Лавров. Никогда не поверю в то, что ты не тр*хнул ни одну бабу за два месяца.
– Вы преувеличиваете мои заслуги, Ксения Викторовна, – насмешливо проговорил Денис. А потом уже более серьезно добавил. – Никого, Ксюш, не было с тех пор, как вышел из твоей квартиры. Зато в зале я стал постоянным посетителем.
– А я-то думаю, почему тебе рубашка мала стала? – я провела по его плечам и сжала их пальчиками, при этом облизнув свои губы.
– Ксюша, твою ж мать, Нестерова, тебе точно быть Лавровой, –и с рыком припал к моей шее.
– Что? Денис! – воскликнула я, возмущаясь и пытаясь его отстранить от себя.
– Что? Что? Замуж говорю, тебя беру!
– А меня ты спросил?
– А чего тебя спрашивать-то!? Знаю, что согласна.
– Вот ты – козлина безрогая, Лавров! Может я хотела, чтобы все по правильному было. Там предложение, кольцо, романтика. А ты – как всегда.
– Раз хочешь, значит, будет тебе и кольцо, и романтика, но попозже. А пока иди ко мне.
Из постели мы выползли только спустя пару часов. Мясо с картошкой пришлось греть второй раз. После нашего завтрака-обеда Денис попросил меня собраться, а зачем – говорить отказался.
– Лавров, куда ты меня везешь? Ты скажешь или нет? – в тысячный раз спросила я Дениса, садясь в его машину.
– Сначала заедем ко мне. Я переоденусь. А потом поедем в одно место, сама все увидишь, – первое удивление меня настигло, когда Лавров остановился у дома напротив.
– Приехали. Пошли, поднимешься. Подождешь, пока я переоденусь.
– Ты квартиру поменял?
– Да.
– Давно?
– Почти месяц назад.
– То есть, все это время ты жил почти под моим носом?
– Ксюш, я, можно сказать, жил в машине под твоими окнами. Так что расположение моей квартиры особо роли не играло. Пошли уже.
Квартира оказалась большой, просторной, светлой. И совершенно не обставленной, полупустой.
– Ты не обжился еще.
– Не успел. Так, я готов, поехали дальше.
– А теперь куда? – попытала я свое счастье еще раз.
– Увидишь.
Когда мы въехали в коттеджный поселок, в котором жили Ника и Игорь, я предположила, что мы едем к ним в гости. Но Денис проехал мимо дома Волковых дальше по улице и притормозил у одного из участков.
– Видишь вот этот пустой участок без дома, – он указал на участок слева.
– Да.
– Это наш. Я купил его, когда Волков только начал строить тут дом. Но сам строиться не решился, не было желания. А сейчас думаю, что свежий воздух будет полезен и тебе, и ребенку. Так что, можешь выбирать проект дома, – я не могла и слова вымолвить. Смотрела то на участок, обнесенный забором, то на Дениса. – Ксюх, если ты снова собралась пустить слезу, то давай тогда бардачок откроешь. Ну, чтобы два раза не реветь. Так сказать, оптом, за раз.
Денис вытащил из бардачка небольшой бархатный футляр, в котором оказался красивый золотой браслет и, по-видимому, очень дорогой.
– Это подарок на Новый год, – он достал браслет и застегнул его на моей руке.
– Денис, это очень дорогой подарок.
– Нет, Ксюш, дорогой подарок ты мне сделала. А это так – безделушка, – я вздохнула, сдерживая слезы, и засмеялась.
– Если бы мне кто-нибудь еще год назад сказал, что я буду сидеть беременная в твоей машине и обсуждать строительство нашего совместного дома, я бы сначала посмеялась, а потом еще покрутила пальцем у виска. И сказала, что он сошел с ума. А сейчас у меня чувство, что схожу с ума я сама.
– Почему?
– Нельзя быть настолько счастливой.
– Можно, даже нужно. Помниться, кто-то хотел мужа, семью, детей и уютный дом. Все в наших руках, Ксюх, – произнес Денис мне в губы, перед тем как поцеловать.
Середина января
– У тебя сейчас такое выражение лица, что даже я начинаю бояться, – произнес я, глядя на Волкова.
– Лавров, иди в жопу, – ответил тот, не поворачивая головы, все так же продолжая следить за Ласточкой, резво входящей в витиеватые повороты то одним боком, то другим.
– Все-таки, Ника – безбашенная.
– А то Ксюша нормальная, – тут же прилетело мне в ответ.
– 1:1
– Ты чего приперся?
– А то сам не знаешь. Ксюху привез. Вон, стоит с друзьями общается.
Тут объявили результат заезда. 98,2 балла, один из лучших. Ника направилась к сбору участников, а Волков, наконец, выдохнул. Я сейчас был благодарен Богу, что Ксюша находилась в положении, и кольцо с гонками пока были под запретом.
– Это всё? Или еще будут заезды?
– Еще парные будут.
– Я смотрю, ты уже втягиваешься.
