— Я привыкла доводить дело до конца, мистер Рид. Я получила задание и должна была его выполнить. Подключиться к нейроимпланту пока вы были под «псионой» я не смогла, у вас очень мощная защита, поэтому пришлось спешно ретироваться и заметать следы. Как я исчезла? Да очень просто. Доступ к кабинету и коммуникатору Бартона я получила за два дня до нашей встречи, внесла изменения в его расписание, а вам отправила липовое сообщение о тестировании. В Диагностический центр я вошла, накинув плащ с глубоким капюшоном, так же и вышла. Все очень банально и прозаично.
Я иронично ухмыльнулся. Ну да, ну да. Ты очень банальная и прозаичная девочка, Кассандра Милз, верю.
— А камеры? Вас не было на записях, ни в плаще, ни без плаща, ни голяком. Как вы это подстроили? Следов монтажа или наложения эффектов на записях я не нашел. Они выглядели как подлинные, — не унимался я. — А главное — мое измененное поведение на записи. Что это, Иные меня раздери, было?
— Я чувствую себя как на допросе, мистер Рид, — усмехнулась Кассандра.
— Часто бывали на допросах? — на полном серьезе спросил я, дав понять, что на улыбочки не настроен. Кассандра тут же вернула лицу серьезность.
— Записи — это качественная подложка. Вы не увидели следов монтажа или наложения эффектов потому что все записи, весь тот день, были одной сплошной постановкой. После того, как вы вышли из диагностического центра мы изъяли записи с камер и заменили их созданным в виртуальном конструкте дубликатом, в котором меня никогда не существовало, а вы вели себя немного иначе. Поверьте, корпорация создавшая Иллюзион уж как-нибудь справится с банальным кино.
— Что ж, браво. Вы меня провели. Снимаю воображаемую шляпу. Так может теперь расскажете, зачем спасли меня и почему прицепились к моему ЭМПО. Мой показатель стандартный, ничего примечательного.
Кассандра поморщилась так, будто съела лимон.
— Ай-яй-яй, мистер Рид… А говорили, что не любите ложь…
— Вы правы, не люблю.
— Тогда перестаньте врать, — приказала она ледяным тоном. — Мне известен ваш реальный уровень ЭМПО. Когда вас арестовали, юстициар получил полный доступ к вашему импланту…
— А у «Астора» был доступ к юстициару, — усмехнулся я, поняв, что много не знаю о возможностях корпораций. — Что ж, это все объясняет. За исключением того, что вы зачем-то меня вытащили из лап диверсума. Догадываюсь, что это как-то связано с моим ЭМПО, но все же.
— Если на чистоту, а мы ведь договаривались не врать, то сражаться с диверсумами в мои планы не входило. Я должна была перехватить вас уже в Хранилище, непосредственно перед подключением, и спокойно вывезти в Первый сектор. Но… Но все пошло не по плану.
— Жизнь вообще никогда не идет по плану.
— Возможно. Хотя я бы поспорила.
Повисла неловкая пауза. Кассандра, скорее всего, думала пора ли заходить с козырей, а я пытался понять, когда именно в «Асторе» построили планы на мою жизнь.
— Так что вам от меня нужно? — нарушил я молчание.
— Мистер Рид, учитывая ваш уровень ЭМПО, мы предлагаем вам поучаствовать в специальном проекте. Ради этого и затевался весь сыр-бор.
— Что за проект? — насторожился я.
— Не могу рассказать, это секретная информация, доступ к которой вы получите только после согласия.
— Я могу отказаться?
— Можете, вас никто не заставляет.
— Но? Я ведь правильно понимаю, что будет «Но»?
— Но тогда я верну вас туда, откуда вытащила.
— К диверсуму под бочок?
— Нет, в Хранилище.
Кассандра Милз больше не приходила. Следующий день я провел в реабилитационном центре, откуда меня выпроводили со словами: «В нашей заботе вы более не нуждаетесь. Принимайте лекарства по расписанию и избегайте нагрузок. Выписку получите на ресепшене». Когда я вернулся в палату, то обнаружил там мужчину в сером камуфляже с неизвестным мне шевроном — шприц, стилизованный под вышку связи, эдакая химера от медицины и технологий. Из оружия при нем был игольник и нейрошокер, который сразу бросился в глаза. Что ж, иного я и не ожидал.
— Мистер Рид, мне приказано сопроводить вас в техноцентр. Вас ожидает мисс Милз. Одевайтесь, — с этими словами мужчина протянул мне белый запаянный пакет.
Я неспешно развернул сверток. Внутри оказалось нижнее белье, пара одноразовых носок, белая футболка, джинсы, кеды и легкая куртка из дешевой синтетики. На первое время пойдет, все ж лучше, чем разгуливать по улицам в больничной пижаме.
— Готов, — сообщил я.
— Желаете забрать какие-нибудь личные вещи? — сухо спросил сопровождающий.
— У меня больше ничего нет. Можем идти.
