– Ничего не хочешь сказать, мам? – хмурюсь я. – Я уже подумала, что ты ему все рассказала. О моей беременности.
– Инн, нет, конечно, – она отрицательно качает головой. – Я ж не враг своему ребенку. Ты попросила не говорить, я и не говорила. Ни одной живой душе. Даже отцу не сказала.
На ее глазах выступают слезы. Хоть за это время папе и стало лучше, но на каждое упоминание о нем мама реагирует очень болезненно. Она быстро смахивает с лица влагу и возвращается к разговору:
– Миша вернулся неожиданно. Мы с ним перекинулись несколькими фразами о случившемся. Потом он сказал, что у вас сегодня какие-то совместные дела. – От услышанного мои брови ползут вверх.
– Только вот он меня забыл спросить, – шепотом говорю я.
– Я так ему сказала: что у тебя были другие планы, ведь он должен был приехать только завтра, – продолжает мама. – Миша напрягся. Спросил о планах, и я проболталась о работе и новом перспективном проекте.
– Понятно. Идем завтракать, – спокойно отвечаю.
– Ты не хотела говорить об этом, да? – тяжело вздыхает она.
– Не то чтобы… – я поджимаю губы. – Я думаю, Мише сейчас не до моей работы. И не до моей жизни. Но в этом ничего такого нет, не переживай.
– Ошибаешься, дочка. Он с такой теплотой говорил о том, как гордится тобой, – мама шепчет мне в ухо. – Он так любит тебя, дочка. Да и вообще он такой молодой и уже добился многого. Его начинают узнавать в городе. А ты с ним так…
– Мам, он целовался на нашей свадьбе с Ларисой, – не выдерживаю я. – Надоело уже слушать, какой он хороший.
Я не собиралась этого делать, но мне в самом деле уже порядком надоело его почитание моей мамой. Она не меняется в лице, будто в том, что я сейчас сказала, нет ничего удивительного.
– Мне твоя Лариса никогда не нравилась. И вот что вышло, – хмурится мама. – А он привлекательный мужчина. Конечно, на него будут вешаться девки типа Ларки.
– Считаешь, что он не виноват? – раздраженно спрашиваю я.
– Я так не считаю. Но поцелуй ничего еще не значит. Он тебе не изменяет, Инга.
– Ладно, пойдем завтракать с твоим дорогим, – я выделяю это слово, – зятем.
Завтрак проходит в спокойной обстановке. Мы почти не разговариваем – каждый из нас троих думает о своем.
Нисколько не жалею, что вывалила на маму всю правду. Во-первых, сколько можно идеализировать человека, а во-вторых, после признания я почувствовала небывалую легкость. Значит, все было сделано правильно.
– Я приберу, – быстро говорит мама, когда мы заканчиваем завтракать.
– Спасибо, – отвечаю я и сразу же покидаю кухню.
Миша входит в спальню следом за мной и плотно закрывает дверь.
– Как ты себя чувствуешь? – серьезно спрашивает он.
– Нормально, – холодно бросаю я.
– Хорошо, – задумчиво произносит он. – Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться?
– Куда собраться?
– Есть несколько важных вопросов, которые нужно решить вместе. Требуется твое присутствие. – Миша не походит ко мне, сохраняет дистанцию.
– У меня сегодня были свои планы. Куда и зачем нам надо ехать, тем более вместе? – Я складываю руки перед собой.
– Нам нужно решить кое-какие дела с квартирой родителей, но, прежде чем мы уедем, я хочу дать тебе вот это, – он достает из кармана брюк небольшой выпуклый конверт и, сделав пару шагов навстречу, протягивает его мне. – Открой.
Я послушно выполняю просьбу мужа, забирая бумажный прямоугольник, в котором оказывается флешка. Кручу в пальцах, не понимая, зачем Миша дал ее мне.
– Что это?
– Тебе были нужны доказательства? Я тебе их предоставляю. Посмотри, я не буду мешать. – Сунув руки в карманы, Миша выходит из спальни.
Удивленная поведением мужа, открываю ноутбук и вставляю флешку в порт. В ожидании загрузки я снова анализирую все произошедшее. Тогда, на свадьбе, и после, в больнице, пелена боли и разочарования застилала глаза, но теперь, спустя время, некое здравомыслие вернулось. Возможно, другая на моем месте не стала бы ничего слушать и тем более рыться в его доказательствах, но я для себя определила четко – как только выясню всю правду, а она рано или поздно непременно вскроется, тогда и решу, что делать дальше со своей жизнью.
Наконец компьютер загружается, и я открываю нужную папку. Здесь имеется два файла – две видеозаписи. Дважды кликаю мышкой по одной из них и, задержав дыхание, смотрю на экран ноутбука. Это запись с камеры ресторана, в котором мы праздновали свадьбу. В кадре возникает мой муж. Он спускается по лестнице и садится в какую-то машину. Я сразу вспоминаю утренний разговор с Пашей – увиденное подтверждает его слова. Спустя некоторое время Миша выходит из автомобиля, опустив голову и стряхивая с одежды невидимые пылинки. Вместе с Пашей он входят в ресторан – на этом видеозапись обрывается.
Значит то, что говорил Паша, правда. Но меня больше интересует второе видео. И я даже догадываюсь, что увижу на нем.
На экране то самое помещение, где я застала своего мужа с Ларисой, но только моей подруги здесь нет – лишь Миша, прижатый к стене тем самым бугаем из рассказа Паши.