Счастливой судьбу любого бывшего заключенного, оказавшегося на свободе, не назовешь. Участковому он мозолит глаза, вызывает всяческие подозрения, и тот не знает, куда его сбагрить. В райотделе милиции его держат на оперативном учете. На приличную работу битые кадровики его не берут: образование у человека, освободившегося из мест заключения, как правило, ниже среднего, рабочей квалификации нет, а сюрприза можно ждать в любой момент. Денег до первой зарплаты, которая будет неизвестно когда, никто не дает. Вот и барахтается отверженный, пока снова не загремит за решетку. За дело посадят или в соответствии с поговоркой: был бы человек, а статья найдется.
А Генрих Сечкин чем лучше? Для Несчастья все люди одинаковы, не попадайся под горячую руку. Тем более с послужным судебным списком Г. Сечкина. Честно говоря, я понимаю тех, кто, прочитав все судебные приговоры Г. С. Сечкина, относился к нему недоверчиво.
Дитя военного времени, Генрих Сечкин поначалу ничем не отличался от своих голодных и обозленных ровесников. Они мечтали поскорее встретить своих отцов и старших братьев, воевавших на фронтах Великой Отечественной войны. С их возвращением связывали свое будущее благополучие. Хорошая жизнь для того поколения - это победа на войне, это родные люди, вернувшиеся с фронта живыми и здоровыми, это значит жить в тепле, быть сытым и ходить в нелатаной одежде. Мечты не мешали учиться в школе, подрабатывать на железнодорожном товарном дворе, попутно по мелочи приворовывать и хулиганить. Последнее - от нищеты, от избытка молодости и отсутствия жизненного опыта.
Каждый третий из поколения, родившегося в тридцатых - сороковых годах, прошел тюрьму, лагерь или побывал под следствием. И не за вскрытые сейфы и похищенные миллионы, а иной раз за украденные ящик консервов или мешок зерна. Такова горькая статистика послевоенной державы. Россия по части лишения свободы - страна, ни с каким иным государством не сравнимая. При И. В. Сталине лагеря были переполнены, вроде бы дальше некуда. Но вот пришла демократическая перестройка девяностых годов, и в лагерях России оказалось куда больше заключенных, чем было в последние годы во всем Советском Союзе, - миллион сто тысяч человек. Вот тебе и демократы-ушкуйнички! Вдумайтесь! В те годы, когда, напустив туману, эти правозащитнички захватили власть в стране, в одной только России в следственных изоляторах, в тюрьмах и лагерях ежегодно находилось по миллиону сто тысяч человек.
То есть, дорвавшись до власти, демократический режим оказался значительно кровожаднее советской власти. Он затолкал за решетку огромное число людей. В те же годы демократические перестройщики первой волны, крупные и мелкие (у них тоже есть паханы и шестерки), собирались в телевизионных студиях и сентиментально, со слезой пели зэковские песни. Это было высшим проявлением демократического единения с народом. Вечерами с чувством пели с телевизионных экранов народные зэковские песни, а днем в кабинетах власти раздевали этот народ похлеще, чем бывалые грабители. За всю историю Советского Союза и России все преступники страны вместе взятые не украли и сотой части того, что умудрились спереть медвежатники-демократы, завернувшие орудия взлома в нормативные документы, которые сами и составили. И многих ли из этой преступной группы вы видели на судебной скамье?
Да уже одно только это - основание для всеобщей амнистии всем грабителям, ворам и бандитам. Поэтому я считаю, что Государственной Думе нужно ежегодно принимать постановления об амнистии. И делать это до тех пор, пока число сидящих за решеткой в России пропорционально не сравняется с количеством заключенных в Европе. И до тех пор, пока в России не будут созданы человеческие условия для отбытия наказания: санитарно-гигиенические условия для содержания, нормальное питание, лечение, работа. А нынешнее каторжное пребывание в российской тюрьме пора бы засчитывать год за два.
Только в дни правления президента В. В. Путина, осенью 2001 года, число заключенных в России, как утверждают, сократилось до восьмисот тысяч человек.
Оказалось, что у бывшего чекиста и профессионального разведчика В. В. Путина больше любви к своему народу и понимания его вековой трагедии, чем у всех демократов-болтунов вместе взятых. Да и то верно, бывший олигарх Б. Березовский, десятки бывших секретарей обкомов КПСС, губернаторов, их заместителей и прочей номенклатуры с награбленными миллионами долларов прожигают жизнь за границей, а мать троих детей за кражу тощего гуся ворочается на казенных нарах. С души воротит от такой демократической игры в справедливость и значимость Закона.
Судьба Генриха Сечкина вполне достойна нашей непредсказуемой страны. Осужден был малолеткой. По хорошо известному его современникам указу от 1947 года: два-два. Грабеж. Помните слова народной песни сороковых годов: