— У тебя были идеи и похуже, Люк, — неохотно подметила Мара Джейд Скайуокер, откинув голову таким образом, чтобы солнечный свет падал на лицо, а густые рыжеватые локоны свешивались назад. В таком положении, с закрытыми глазами, на фоне голубой глади моря её красота на миг просто затмила воображение Люка.
Зелёные глаза Мары распахнулись, и она некоторое время смотрела на мужа задумчиво и нежно, прежде чем цинично изогнуть брови.
— Опять печёшься о моём здоровье?
— Нет, — произнёс он мягко. — Просто думаю, как абсурдно счастлив я сейчас.
— Эй. У тебя играют гормоны. — Она взяла его руку и мягко сжала её. — Вставай. Давай прогуляемся.
— Уверена, что тебе это по силам?
— Что, неужели хочешь понести меня на руках? Конечно, уверена. Я беременная, а не хромая. Или ты думаешь, для нашего ребёнка будет лучше, если я целые дни буду пролёживать, прохлаждаясь на солнышке?
— Я просто считал, что ты собиралась немного отдохнуть.
— Именно. Это и есть отдых. Мы наедине, вдвоём, на красивейшем острове. Ну, что-то вроде острова. Пойдём.
Песок под босыми ногами Люка был мягким и тёплым. Он с большой неохотой расхаживал без обуви, но Мара настояла на том, что именно так нормальные люди и ведут себя на пляже. К своему удивлению, он обнаружил, что всё это до боли напоминало о его весёлом детстве на Татуине. Тогда, в такой же прохладе раннего вечера — один из тех редких периодов, когда оба солнца переходили в стадию заката — он снимал ботинки и наслаждался ощущением всё ещё тёплого песка между пальцами. Конечно же, если только рядом не было дяди Оуэна. Старик обязательно пустился бы читать нотации о том, что обувь ужасно необходима и что Люк теряет столь драгоценную влагу, безвозвратно уходящую в почву.
На момент ему даже почудился голос дяди и запах жаркого из гижу тёти Беру. У него возникло побуждение срочно обуться.
Оуэн и Беру Ларсы были первыми личными утратами Люка Скайуокера в войне с Империей. Он надеялся, что они понимали, за что умерли.
Он скучал по ним. Энакин Скайуокер, может быть, и был его отцом, но его настоящими родителями были Ларсы.
— Интересно, как там Хан с Леей? — задумчиво произнесла Мара, прервав его размышления.
— Уверен, они в порядке. Они улетели всего на несколько дней.
— Как думаешь, Джейсену следовало отправляться с ними?
— Почему нет? Он достаточно часто доказывал всем, чего стоит. Да и не забывай: они его родители. Помимо всего прочего, когда половина галактики жаждет твоей крови, лучше не сидеть на одном месте.
— Ты прав. Я просто имела в виду, что от этого только хуже Джейне. Ей непросто от мысли, что она сидит сложа руки, пока её брат где-то участвует в битвах.
— Да, я её понимаю. Но Разбойная эскадрилья должна скоро вновь призвать её под свои знамена.
— Уверена, что так и будет, — голос Мары однако звучал далеко не так убеждённо.
— На самом деле ты так не думаешь? — заметил Люк.
— Нет. Думаю, они бы хотели этого, но её обучение джедая в данный момент требует от неё политической ответственности.
— Когда это Проныры в последний раз пеклись о политике? Кто тебе наговорил такую чушь?
— Не так многословно, но я слышала кое-что, и я научена читать между строк. Надеюсь, я не права, ради блага Джейны.
В её заявлении прозвучало что-то, что заставило Люка насторожиться. Он прислушался к Силе.
— Мара, — воскликнул он, — любовь моя, я, конечно, верю, что собирание паразитов на этом странном пляже расслабляет, но…
— Ерунда. Этот песок стерилен, как изолированная колба в лаборатории. Ходить босиком здесь совершенно безопасно. И тебе же нравится чувствовать его, разве нет?
— Как скажешь. Но с сего момента я запрещаю говорить о политике, джедаях, войне, йуужань-вонгах и прочих бестолковостях. Мы сюда пришли отдыхать, так что забудь обо всём этом… хотя бы на пару дней.
Она сощурила глаза.
— Ты единственный, кто думает, что вся вселенная разверзнется, если ты не придёшь и не будешь поддерживать её вращение.
— Не я тут беременный.
— Попробуй сказать что-нибудь подобное снова, и я заставлю тебя захотеть им стать, — довольно резко высказалась Мара. — Кстати, если мы решим повторить, придёт твоя очередь быть беременным.
— Так и быть, мы сыграем в сабакк — так и решим, чья будет очередь, — парировал Люк, стараясь сохранить на лице как можно более невозмутимое выражение. Не получилось. Тогда он поцеловал супругу и был награждён не менее страстным поцелуем в ответ.
Они продолжили свою прогулку вдоль побережья, мимо рощи хаотично насаженных ползучих вьюнков слии, опирающихся на переплетённые корни и увенчанных шапками гигантских прозрачных листьев. Волны начали накатывать на песок, чего не делали раньше: это означало лишь, что Люк и Мара подошли к изгибу "острова".
