— Не знаю, известно ли вам, что не каждая женщина может стать жрицей Маритэ, — собеседники помотали головами в знак отрицания. — Так я и думала. А между тем в Храм принимают послушницами лишь тех девушек, в которых владычица и старшие жрицы смогут увидеть дар Маритэ. Это дар по воле богини менять реальность. В иных жрицах он может не проявить себя ни разу за всю жизнь, однако этот огонек горит в каждой из нас, отличая от других людей. Но есть и такие, кто творит вещи, которые обычные люди сочли бы волшебством, ибо им нет и не может быть иного объяснения, чем вмешательство богини.
— И что же могут жрицы? — вопрос задал Торн, и в голосе его сквозило неприкрытое сомнение.
— Многие из нас, — Нармин нравилось это многозначительное «мы», — владеют даром исцеления. Все в разной степени, но почти любая жрица справится с некоторыми распространенными недугами. Кроме того, иные служительницы Маритэ обладают даром толкования пророчеств…
— Каких пророчеств? — король и протектор подались вперед и задали вопрос практически хором.
— Ну-у-у, разных, — Нармин несколько замялась, поскольку была не в силах припомнить случаев толкования пророчества, которое бы оказалось судьбоносным.
— Чьи пророчества толкуют жрицы? — уточнил суть вопроса Торн. — Я имею в виду, кто их изрекает?
— Ну, — девушка вновь замялась. — Чаще всего сами жрицы. То есть одни жрицы изрекают пророчества, это тоже часть дара Маритэ, а другие их толкуют, иногда много лет спустя.
— А толкования иных пророчеств и проклятий не входят в круг ваших способностей?
— Я не знаю, — она действительно не могла припомнить подобных случаев, но ведь она еще очень молода. — Об этом лучше спросить у владычицы.
— К сожалению, у нас нет такой возможности, — вздохнул король. — Разве что вы зададите этот вопрос своей владычице в очередном письме… хотя ответа придется ждать слишком долго.
— А что с чудовищами или, как их зовет простой люд, ночными тварями? — сменил тему Торн. — Вы верите в них? — заметив, что собеседница кивнула, он продолжил. — И как же ваша религия объясняет существование подобных созданий?
— Твари из-за Грани созданы Изгоем, — твердо сказала жрица.
— Разве он не побежден светлыми богинями? — осторожно поинтересовался Валтор. В голосе его не было уверенности, очевидно, историю Маритэ и других Хранителей он знал не лучше Лотэссы.
— Он создал их давным-давно, — объяснила Нармин. — Еще до заточения, когда пытался из мести уничтожить Анборейю. Твари из-за Грани стали его оружием.
— Но если так, — король нахмурился, стараясь понять услышанное, — то почему они не исчезли вместе со своим создателем и повелителем после его низвержения?
— Они уже жили своей жизнью, — девушка пожала плечами. Ей казалось, что это довольно очевидно. — Многих Хранители уничтожили, но не всех. Оставшиеся срывались, пока богини и Странники жили среди людей. Когда же сначала Хранители, а потом и сама Маритэ покинули Анборейю, те, кому удалось выжить, стали потихоньку выползать из тени. Где-то они редкость, в других местах твари чувствуют себя вполне уверенно. Кроме того, некоторые из этих созданий способны порождать себе подобных.
— А Маритэ, покинув мир много столетий назад, случайно не наделила напоследок своих жриц даром уничтожать чудовищ? — ехидно осведомился протектор.
— Уничтожать — нет, — тон Нармин был исполнен собственного достоинства. — Зато любая из нас может противостоять их магии. Любая! — последнее слово она произнесла с особым ударением.
Девушка наслаждалась эффектом, произведенным на мужчин. Оба выглядели потрясенными.
— Серьезно? — Торн первым пришел в себя. — Значит и вы…
— И я, — она кивнула. — На меня не действует магия этих тварей. А большинство из них не могут обходиться без темной магии своего создателя.
На самом-то деле у Нармин никогда не было возможности проверить истинность этого постулата на деле. О чудовищах она читала только в книжках и древних летописях, которые заставляла заучивать чуть ли не наизусть старшая жрица Карилен. Но та же Карилен учила, что служительницы Маритэ все до единой свободны от магии темных созданий, и никому не приходило в голову подвергать ее слова сомнению. Однако это вовсе не значило, что Нармин жаждет встретиться с каким-нибудь чудовищем, чтобы продемонстрировать свои возможности.
— Но победить вы их не в силах? — уточнил протектор.
— Нет, — признала девушка. — Этот дар лишь для защиты.
— И защитить вы в силах только себя? — на этот раз вопрос задал король. — Может ли жрица оградить от темной магии того, кто находится рядом?
Нармин была почти уверена, что дар Маритэ хранит только своих обладательниц. Но если защита нужна королю… Это значило бы, что она должна быть все время рядом с Валтором. О такой удаче нельзя было даже помыслить, и совершенное безумие упускать свой единственный шанс, возможно, посланный самой богиней. Пусть и придется несколько погрешить против истины, оно того стоит.
— Думаю, что жрица Маритэ, укротив магию Изгоя, способна защитить не только себя.