Последние пару дней Лотэсса плохо себя чувствовала. Руки совсем не болели, зато кружилась голова, все тело наполняла ватная слабость, а на душе было беспросветно тоскливо. Девушка знала, что это последствие вмешательства теней и что это пройдет рано или поздно, а потому воспринимала свое состояние философски. Тем более что с тоской она за последние месяцы успела свыкнуться. Физическое недомогание тоже не особо беспокоило Тэсс, если бы не приступы сухого колючего кашля, которые, впрочем, случались довольно редко и длились недолго. Зато, сказавшись больной, можно было лежать в своей комнате, имея законный предлог увильнуть от трапез в обществе короля и родителей и прочих обязательных мероприятий. Тоска заглушалась книгами из личной библиотеки Нейри, а также горами засахаренных фруктов и других сластей, которые таскала для подруги Альва. В тысячный раз Лотэсса пересматривала картины, написанные рукой младшего Ильда, хранившиеся в мастерской. Альву работы принца также привели в полный восторг. Жаль только, что Тэсса не могла показать своей фрейлине любимую картину — тот портрет, что висел над кроватью. Его забрали. Надо думать, по приказу Дайрийца. Портрет исчез после ее ссоры с королем в библиотеке. Кольцо бывшего жениха Малтэйр ей оставил, зато портрет забрал, воспользовавшись ее отсутствием.
Необременительное затворничество портили лишь регулярные визиты родителей. Точнее, портила все матушка, потому что с отцом все-таки можно было общаться по-человечески. Зато Мирталь утомляла дочку сверх меры, и та начинала чувствовать себя и вправду ужасно больной. В другое же время вполне можно было жить.
Девушка лежала в постели с книгой, когда прибыл придворный, передавший ей личное приглашение Дайрийца. Однако если энья Линсар столь слаба, что не сможет явиться к его величеству, то король сам пожалует к ней, сообщил посланец.
Ну уж нет! Принимать Малтэйра в утреннем платье, а то и вовсе в ночной сорочке — этого только не хватало. Пришлось с сожалением отложить недочитанную книгу, встать и с помощью служанок умыться, одеться и уложить волосы. Альва предложила сопровождать ее к королю, и Лотэсса с благодарностью приняла предложение подруги. Нармин после той ужасной ночи уже не жила с ними, поскольку все имели возможность убедиться в никчемности ее дара, а следовательно, в полной бесполезности пребывания жрицы возле Лотэссы.
Девушки двинулись по дворцовым коридорам в сопровождении двух гвардейцев. Тэссу слегка пошатывало, и она опиралась на руку подруги. Его величество, как обычно, принимал в рабочем кабинете. Альву он очень вежливо попросил оставить их с Лотэссой наедине, к величайшему неудовольствию своей невесты.
— Вы, должно быть, догадываетесь, с какой целью я пригласил вас, энья Линсар? — любезно вопросил король.
Мог бы хоть осведомиться, как она себя чувствует, с обидой подумала Тэсс. Впрочем, так даже лучше. Холодное равнодушие Дайрийца более понятно, чем его внезапные приступы заботы о ней. Тогда, у Энлил, он, казалось, по-настоящему тревожился за нее. В такие моменты девушка испытывала замешательство, не зная, как к нему относиться. Трудно ненавидеть того, кто так искренне беспокоится за тебя. Пусть уж лучше ведет себя безразлично — так проще.
— Понятия не имею, зачем вам понадобилось вытаскивать меня из постели, — ехидно ответила Тэсса. — У вас может найтись множество поводов, но уверена, что ни один из них мне не понравится.
— Даже если вам что-то не нравится — придется смириться, — холодный насмешливый взгляд в ее сторону. — Вам придется покинуть столицу.
— С удовольствием! — девушка решила придерживаться избранного тона. — Я, кстати, сама собиралась это сделать, дабы облегчить вам задачу, но помнится, вы мне помешали.
— Ну да, я помню, как вы решились бежать в обществе Лана Таскилла.
Тэсс прикусила язычок. Не надо давать ему лишний повод вспоминать о Таскиллах. Слишком свежи воспоминания о злополучной беседе в библиотеке. Лучше перевести разговор в другое русло.
— Что ж, если вы желаете, я с удовольствием покину Вельтану. Мне тут как-то тяжело дышится в последнее время. Могу я поехать в Норту? Там наше имение.
— Я знаю, где расположен родовой замок Линсаров. Нет, в Норту вы не поедете. Смею предположить, что вы не устоите перед искушением собрать вокруг себя знать, недовольную дайрийским правлением.
— Боитесь? — с торжествующим ехидством вопросила Тэсс.
— Просто считаю глупым недооценивать противника.
Надо же! Значит, он все-таки считает ее достойной противницей. А то после неудавшегося побега их с Ланом постоянно обзывали глупыми детьми, бездарными заговорщиками, короче, всячески давали понять, что политические интриги не для них.
— Вы поедете в Храм Маритэ, — сообщил Дайриец.
— Куда?! — девушка опешила.
— В Храм Маритэ, — спокойно повторил король. — Это в Унт-Рино, хотя, думаю, вы знаете.
— За какими демонами я туда поеду? — она была так ошарашена, что не очень следила за речью.