Магомед задумался. Этих русских ничего не стоило расстрелять прямо сейчас. Но жизнь научила не разбрасываться ничем. Правда существовала вероятность подставы. Да и, если поверить ему, с предателями нельзя связываться. Предали один раз, предадут в другой. Но всё же хочется извлечь хоть какую-то выгоду из создавшейся ситуации. По горам его люди неоднократно натыкались на таких вот дезертиров. Обычно с ними разговор был короткий. Однако группа перебежчиков гяуров может и пригодиться. Магомед привык доверять своим идеям, пусть даже и не до конца сформировавшимся. Решение пришло почти мгновенно. Он приказал поселить перебежчиков в самом дальнем ауле в обстановке полной секретности, заняться с ними боевой подготовкой и по возможности пополнять отловленными дезертирами. Со временем сформировалась диверсионная группа из двадцати восьми человек, сравнительно неплохо обученная и экипированная так, что их запросто можно было принять за советское воинское подразделение. И вот сейчас настало время вводить их в дело.
— Садись, Саша, рассказывай, как живёшь, как здоровье?
— Ты меня не для этого звал, ведь так? Давай ближе к делу.
Магомед поморщился. Этот русский обнаглел. Однако пора не время показывать зубы.
— Вот до чего вы русские неприветливый народ. Нет у вас доброжелательности, заботы о близком. Нет бы спросить о здоровье, о жизни, всё норовите обидеть.
— Зато вы сильно благожелательные. Видел я результаты вашей заботы о ближнем.
— И благодарности никакой. — как бы не слыша Сашу, продолжал Магомед, сверкнув глазами. Словно невзначай появившийся металл в голосе не остался незамеченным. Саша осёкся и слегка стушевался.
— Ты не так понял меня. Спасибо тебе, конечно за то, что приютил, кормишь, поишь…
— Ну насчёт поишь, это не я тебе наливаю. И ещё разберусь, где спиртное берёте. Что дыхание затаил? От тебя сивухой несёт за километр, дыши — не дыши. А понял я тебя правильно. Благодарности от вас ждать не приходится. Ладно, об этом потом поговорим. Я надеюсь, что за три месяца отдохнули и отъелись. Пора и за дело приниматься. Хамид возьмёт твою группу и выведет в заданный район. Ваша задача, выдавая себя за советских военнослужащих, разнести населённый пункт. Разгуляться надо от души. Так, чтобы память о зверствах советских солдат память у народа в веках осталась. Понял?
— Понять то я понял, а что дальше? Зачем тебе это? Где вероятность, что ты нас потом нашим не выдашь?
— У вас уже не только ваших, у вас ни роду-племени, ни национальности уже нет. А зачем мне это, я сам знаю. Не вашего ума дело. Вы свой хлеб и ваши жизни отрабатывайте. Всё. Выезжай на базу. Будьте готовы к выходу. Завтра утром за вами заедет Хамид.
Саша выскочил из помещения с чувством облегчения. Разговор был достаточно тяжелый. Магомед посмотрел ему вслед и улыбнулся. Когда создавался этот отряд, предназначение его оставалось достаточно неопределённым. Однако именно благодаря этому отряду родилась эта идея. Местное население колеблется. Далеко не каждый согласен видеть в советских солдатах своих врагов. Немало способствует этому и та защита, которую оказывает армия армянским сёлам от азербайджанских полевых командиров, а азербайджанским аулам от армянских. Необходим толчок, который бы помог народу в выборе своих врагов и защитников. Вот этот отряд, состоящий из дезертиров, и станет таким толчком. Магомед улыбнулся ещё шире и потянулся всем телом.
В вагончике автопарка было по обыкновению жарко натоплено. В алюминиевой кружке закипела вода. Толик вытащил импровизированный кипятильник, сделанный из двух лезвий и сыпанул горсть заварки. Чаинки, попав в кипяток, ожили, стали разворачиваться и разбухать, выпуская коричневые облачка. Аромат свежезаваренного чая распространился по вагончику.
— Это не тот чай, которым нас поят. — удивлением произнёс Николай. — Откуда?
— Хе! Конечно не та бурда! Я тут на транспортном борту летуна одного нашёл. Земляком оказался. На соседних улицах жили. Вот он и подогнал. Индийский! Три слона!
— Наш пострел везде поспел. И когда только умудрился?
— Дело техники! Да, командир, а какие планы у нас на сегодняшний вечер?
— Ну… Виталька, может, подойдёт. Посидим.
— Ага. И опять нажрёмся до поросячьего визга? Когда Виталька без пузыря приходил? Нет. командир, пора пересмотреть нашу культурную программу.
— И что ты предлагаешь?
— Почему бы нам ни прогуляться в наш гарнизонный госпиталь? Там неплохие девчонки, между прочим.
— И как ты себе это представляешь? Вот они мы, любите нас? Припрёмся, как два идиота. Ни нас там никто не знает, ни мы никого. Будем бегать да медсестёр отлавливать?
— Обижаешь, начальник! Я туда уже неделю бегаю, типа от кашля лечусь.
— Ах ты, гад! Без меня решил развлечься. А меня, значит, с хвоста?
— Да ты что? Я же почву готовил. Только там территория давно пехотой помечена. Меня уже предупредили. Могут и ноги переломать. Так что твоя задача, командир, Витальку приболтать. Если он с нами пойдёт, это от всей пехоты такое противоядие будет!
— Ну ты и жук!
