Игорь захлопал глазами. Его бунтарский пыл угас, сменившись интересом. Он снова ощутил себя представителем клана, перед которым вдруг приоткрылся некий стратегический расчет, долженствующий способствовать укреплению позиций семьи. Упрекнуть Федора Николаевича в неосторожности – он в таком пренебрежительном тоне говорил о губернаторе своему не слишком благонадежному сыну – было бы поспешно. Луганов-старший был далек сейчас от любой разновидности эмоциональных состояний, которые толкают людей на искренние признания. Он был хорошим актером и разыгрывал спектакль даже перед собственным сыном.
– Но ведь это может и нас коснуться! – удивился Игорь.
– Вот именно. Пока не время, конечно, идти вабанк. По крайней мере, нужно дожить до выборов. Апока просто собирать информацию, сечешь? – Федор Николаевич хитро улыбнулся. – Пока нужно внушать ему мысль о своей лояльности и так далее.
– Но в таком случае то, что происходит на море, все эти разборки нам выгодны?
– Да нет, пока нет! Какой ты глупый! – Луганов-старший с досады прикусил губу. – Этого пирата… как его…
– Рокотова, – подсказал Луганов-младший.
– Да, – Федор Николаевич достал из кармана платок и приложил ко влажному лбу, – этого Рокотова нужно использовать. Но как сделать так, чтобы не переборщить? – задался он риторическим вопросом.
– Так ты хочешь договориться с этим беспредельщиком? – еще больше изумился Игорь.
– Пока не знаю, – резковатым тоном ответил Федор Николаевич, – но перед тем, как уничтожить его – такова команда губернатора, – не мешало бы узнать о нем побольше, выяснить его настрой, так сказать. И если он на самом деле беспредельщик, не желающий ни с кем вступать в союз и подчиняться, – убрать.
– Но Коваль будет недоволен… – приоткрыл рот Игорь.
– Мне нужно пару дней, потом, конечно, я должен буду что-то придумать… – с озабоченным видом сказал Федор Николаевич.
– И где ты собираешься прятать этого Рокотова, если он согласится работать на тебя? – Игорь поднялся с кресла и подошел к окну.
– Я не буду его прятать, пусть разбойничает… до определенного момента. Выборы на носу. А Ковалю надо запудрить мозги.
– Каким образом?
– Пока не знаю, но что-нибудь придумаю… – мечтательно улыбнулся Луганов-старший. – А с пиратом этим надо поговорить. Пусть себе плавает, если, конечно, не будет грабить наши суда. Этот параграф войдет в договор. – Федор Николаевич внимательно посмотрел на сына, пытаясь оценить произведенный его речью эффект. – Только выбрось эту девку из головы, – поддаваясь вновь нахлынувшему раздражению, добавил он.
– Но это не значит, что я женюсь на дочери Коваля, – с упрямым выражением лица проговорил Игорь.
– Вот олух, да кто тебя заставляет на ней жениться! – воскликнул Федор Николаевич.
– А ты думаешь, Рокотов будет строго придерживаться договора? – вернулся к оставленной теме Игорь.
– У него нет другого выхода. Иначе ему конец! – с самодовольным видом изрек Федор Николаевич.
– А ты случайно не хочешь взять его себе в качестве «крыши»? – проницательно спросил Луганов-младший.
– Ты догадлив, – удовлетворенно улыбнулся Луганов-старший, – я-то думал, тебя только амурные дела интересуют.
– А что же с Михеем? – сверкнул глазами Игорь.
– Ничего, – Луганов-старший с деланой беззаботностью пожал плечами.
– Но у нас с ним общий бизнес! – воскликнул Игорь.
– Ну так что ж? – с усмешкой посмотрел на сына Луганов-старший. – Михей – такой же назначенец, что и я. Разве нельзя сделать так, чтобы он отошел от дел? Разве ты не хочешь стать полноправным хозяином «Акроса»?
– Но тогда нам придется делиться с этим Рокотовым!
– Да нет, мы его используем и выбросим на помойку, – подмигнул сыну Луганов-старший.
– Но ты же только что сказал, что не имел бы ничего против того, чтобы он стал нашей новой «крышей»! – не понимал отца Игорь.
– Ничего не выйдет. Как только Михей будет отстранен, с материка пришлют замену. Здесь действует неписаный закон, – вздохнул Луганов-старший.
– Какой смысл тогда избавляться от Михея? – удивленно пялился на отца Игорь.
– Наглым он стал, слишком наглым! – Взгляд Луганова-старшего помрачнел, лоб изрезали морщины, у рта залегла жесткая складка.
– И все равно я себе смутно представляю, как мы его отстраним, – пожал плечами Игорь.
– Не забивай себе голову, это мои проблемы, и действую я при мощной поддержке Коваля, помни это.
– Не хотел тебе говорить, – после отцовской откровенности Игорь посчитал себя обязанным сделать свое признание, – Михей уговорил меня сдать япошкам еще один сейнер на металлолом, обещал неплохой процент.
– Какого черта? – нехорошо удивился Луганов-старший.
– Если какая заминка или неприятность выйдет, он оплатит убыток из своих денег.
– То есть передаст тебе часть акций? – приподнял брови Луганов-старший. – Договор, как я понимаю, устный?
– Да, устный. – Видя, что отец недоволен, Игорь опечалился и уже был не рад, что ударился в откровенность.
