В местами опустевшем на время сессии основном здании МГТУ было полно свободных кабинетов и аудиторий. Лена добыла ключ от одной из них, чтобы Бек смог собрать сложившуюся за год приличную команду. Раньше удавалось справляться с проектами в одиночку, потом вдвоём с товарищем или дистанционно. Сейчас ребят, получающих «ответственные задания», оказалось пятеро. Приходилось рулить, своевременно «включаться» и встречаться периодически.
С долгих, утомительных установочных импровизированных летучек Денис выходил более уставшим, чем после трудовых ночных запоев и ударной тренировки в зале.
Сегодня прошло относительно легко – чему‑то успел научить всё‑таки. По крайней мере, внимательно слушать, задавать правильные вопросы.
Предстояло раздать задачки на время военных сборов, которые начинались в первых числах июля, в аккурат через неделю с хвостиком.
«М-да… ни к селу ни к городу вырванный месяц с лишним. Ладно я – дела и любимая девушка подождут, надеюсь. Но Эльдарон прилично рискует пропустить появление на свет нового сверхчеловека. И Машка останется одна на последних сроках – нехорошо», – думал парень, возвращаясь в город на 392‑м от «ВДНХ».
В плане значилось добраться до дома, поработать «по-настоящему», купить цветы, занести Але и отправиться гордо взирать, как ей вручают красный диплом и золотую медаль на сдачу.
Проезжая «Ракету» и РКК, вспомнил, что не звонил сегодня маме, а сама она по какой‑то причине не объявилась. Достал телефон, набрал номер, услышал гудки. На том конце сняли трубку:
– Алло, сыночек…
– Мама. Как ты?
– Я… в порядке… – голос звучал тревожно, неуверенно.
Бек-Назаров насторожился:
– А что не в порядке?
– Давай не сегодня. У вас с Алей важный вечер…
– Мама…
– Денис, давай завтра, правда?
Парень начал выходить из себя. Прикрыл глаза. На мать он не повышал голос ни разу в жизни и не собирался. Продолжил спокойно, вкрадчиво:
– Мне важно всё, что у тебя происходит. Скажи, пожалуйста, сейчас. Ты же понимаешь – теперь проскочить не получится?
– Бабушке стало нехорошо, я вызвала скорую. Её забрали в больницу. Состояние стабильное. Давление или сердце – непонятно. Мне толком ничего не говорят, – выдохнула женщина. Заплакала.
– В нашу? ЦГБ? – так же ровно, разделяя каждое слово, уточнил Бек.
– Да… – шумно всхлипнула, попыталась продышаться.
– Сейчас туда подъеду. Ты дома?
– Я дома.
– Потом к тебе.
Ни один мускул не дрогнул на лице Дена. Внутри смешались страх, боль, разочарование, злость. Быстро, как с юношества умел, подавил все эмоции. Автоматически, по памяти ввёл цифры мобильника Али, нажал «вызов»:
– Аля!
– Денис! Ты в городе?
– Да, только въехал. Но есть некоторые сложности. Бабушку забрали по скорой в нашу городскую. Не объяснили ничего, просто увезли…
Девчонка не дала договорить:
– Сейчас позвоню отцу. У тебя есть его сотовый?
– Не надо, я туда доберусь и…
Не дала договорить:
– Надо. Папа ещё на работе. Иди сразу в приёмное, если даже он на операции, старшей его позвоню – она встретит. Телефон его у тебя есть?!
Программист опешил от решительности и холодного напора девушки.
– Нет. Кажется…
– Скину. Тебя к ней проведут и всё объяснят. Если нужны лекарства, скажут, что купить. Я буду через двадцать минут.
– Нет, зачем? У тебя выпускной. Разберусь. Только… потом надо к маме… могу не успеть… Скорее всего, не успею, – размышлял вслух.
– Неважно. По фигу. Давай туда. Только напиши мне обязательно, как она. И к маме давай! Попрощаюсь с «одиннадцатым концлагерем» за тебя, – горько усмехнулась. – Завтра увидимся. Напиши мне потом обязательно! Слышишь?! Отца сейчас предупрежу.
– Спасибо, Аля. Прости, что так получилось… не вовремя. – Бек совсем растерялся. Не от сложившейся ситуации, а от рационализма и реакции любимой девушки – поддерживающей, чёткой, разумной. Нежность, тепло разлились по телу, чувство благодарности, «плеча» – то ли давно забытое, то ли просто незнакомое чувство.
– С ума сошёл? Какое «прости»? Это «вакханалия пубертатников» не вовремя! Всё будет хорошо, слышишь? Всё решим! Я здесь! Я рядом!
Если бы Бек умел плакать, то легко бы прослезился. Но вместо этого просто ответил:
– Люблю тебя.
– И я.
– Почти на месте. Обнимаю тебя, Аля…
– Обнимаю тебя, Денис!
Неудачно сошлись звёзды! Мой прекрасный молодой человек, гордость и опора, пропускает вечер триумфа отсутствия здравого смысла системы образования. Сорок восемь разряженных в пух и прах долбодятлов устраивают слёт творческой молодёжи на тему «стенаний по поводу прощания со школьной скамьёй»! Три раза «ха»!
Наше вам с кисточкой, что разрешили Алле Батьковне, Марусе, Душицкой и Левиной торжественно зачитать восемь четверостиший полёта моей гениальной мысли. Слюняво, трогательно, с оттягом получилось. Все рыдали и аплодировали. Так а хрен ли! Не удивлюсь, если А. Б. агрессивно лоббировала номер в программку мероприятия.
