Черт! Потом точно будет больше времени подумать и осмыслить! А сейчас хотелось только поддаться нахлынувшему безумию! И она сдалась, тем более что голова все равно кружилась от избытка выброшенных в кровь гормонов!
А Дред едва не выпивал ее через губы. Сминал, дразня языком, нападал, тут же ввинчиваясь внутрь, распаляя все сильнее.
Она же к себе его отчаянней тянула — когда они так тесно, логику и все, что мешало, не было слышно в голове. Его запахом и вкусом захлебывалась, его надсадное дыхание любой иной шум перекрывало для нее!
— Развернись! — велел Дред хрипло и отрывисто, и тут же сам ее повернул, напав этими коварными губами на затылок. Будто ждать не мог!
Его руки сдернули с Алины футболку, моментом груди накрыв. Сжал пальцами напряженные соски, заставив ее застонать от смеси остроты этих ощущений и почти реальной чувственной боли потребности, взорвавшейся внизу живота! Разжег в ней жажду в несколько мгновений…
Отрицать то, что между ними существовало, не оставалось никакой возможности.
— Так что насчет доверия, Аля?! — хриплый шепот в самое ухо.
Мурашки по коже, дрожь по спине! И вновь этот тембр голоса, когда имя ее растягивает — Алине словно спираль внутри закручивает, пробивает до позвонков просто! Но она молчит…
А Дред же явно отступать не намерен пока не додавит!
Хмыкнул ей в ухо, мочку прикусил, тут же языком загладив. Его руки так и мучают, дразнят ее груди. На плечи ей надавил, будто напирает сзади, заставляя опуститься, почти улечься грудью на стол, накрыл собой так, что Алина связь с окружающей действительностью утратила. Его губы, глаза, скулы; его плечи, шея, грудь, крепкие руки… Ничего не ощущает более, ничего не видит! Окружило ее со всех сторон сильное и мощное тело!
Нет спасу от поцелуев-меток, которыми затылок и плечи обжигает, оставляет над позвоночником цепочку из влажных, пылающих следов. А сам бедрами в ее ягодицы вжимается, толкается так, что она шикарно ощущает эрегированный член! И да, хочет… Алина сама жаждет, чтобы он прекратил эту прелюдию! Уже знает, каково это — ощущать его внутри себя, повторения вчерашнего безумия хочет! Да и мужчина, по всем признакам, оттягивать не собирался.
Вытащил откуда-то презерватив. За ее спиной стоит, не поняла, только в его руке увидела, на секунду подумав возмутиться, что Дред ее грудь ласкать бросил. Но, ладно, ради защиты, пусть…
— Ты мне доверяешь, Аля, — уже не спрашивая, а утверждая, вновь прошептал с напором ей в самое ухо Дред.
А сам же с нее брюки стянул, да и свои спустить успел, кажется. И она не помешала… Доверяет потому что?..
Но и сейчас не ответила, лишь глухо застонала, закусив зубами нижнюю губу, когда Дред тяжело, сильно вперед подался, руками зафиксировав ее таз на столе. А она так возбуждена, что никакой сложности в этом нет, сама ощущает, насколько влажной стала.
Ворвался в тело Алины одним толчком, глубоко, будто, вообще, не планируя между ними пространства оставить! И еще чуть добавил, словно не в состоянии отступить!
— Да-а-а… — вырвалось невольно из самой груди, горлом простонала, прогибаясь в спине, запрокинула голову, подавшись ему навстречу.
Не в ответ на утверждение — одобряя действия. И сама не хочет, чтоб он отстранялся, требует нового движения!
Только Дред по-своему все трактовал!
— Да, я знаю! — буквально рыкнул ей в короткие волосы на затылке, вдруг нежную кожу прикусив. Алину от этого, словно лихорадкой, дрожью бить стало.
Он же сорвался, будто что-то сдерживало до этой секунды.
Стиснул пальцами бедра, другой рукой ей под грудь и плечи — всю обхватил, оплел собой. Новый толчок, вколачивает, вонзается плотью! Такой алчностью каждое движение пропитано, словно утратил совершенно контроль. А она в его ладонь зубами вцепилась, глухо стонать от удовольствия — прекратить не может.
Огненный вихрь, поглотивший обоих! Смерч, разрушивший все, что находилось вне пределов их тел, сделавший остальное несущественным…
И взорвавшийся пузырь беспомощного удовольствия в каждом нерве!.. Пустыня в голове… Зато в груди такой жар и умиротворение…
Хорошо! Ничего не хочется больше! Вот так бы век пролежать, ни о чем не думая, не взвешивая, не оценивая и не подозревая никого ни в чем… Забыв почти о том, кто она и кто он. Просто мужчина и женщина, которым фантастически хорошо вместе!
— Я тебя не предам и не продам, Аля. Мне можешь поверить, — вдруг прошептал Дред в ее волосы, так и не поднявшись с нее.
А голос сиплый настолько, будто сорвал, хотя это она кричала, кончив.
Он снова оставил ее одну…
Опять сбежал? Да ну на фиг! И близко нет! Ничего подобного! Дмитрий и сам понимал, что Алю ломает. И неплохо было бы додавить, окончательно сокрушив баррикады, что она утром «по логике и разуму» против него в себе выстроить попыталась.
Но их гребаная реальность, когда каждая секунда на счету, не особо оставляла Диме время на дошлифовку. Ладно, вернется и разберется.
Да, ясно все: она знала ту легенду о его личности, которую очень сложно принять в качестве близкого человека такой открытой, принципиальной и прямолинейной, пусть и сильной женщине.
