«Клэр Холивелл шла по дорожке, ведущей от дверей ее домика к калитке, держа на согнутом локте корзинку, где помещались банка с супом, баночка домашнего желе и кисть винограда. В местечке Даймерз-Энд бедняков имелось не так уж много, но каждый из них был усердно опекаем, а Клэр по праву считалась одной из самых активных деятельниц прихода…»
Клэр Холивелл шла по дорожке, ведущей от дверей ее домика к калитке, держа на согнутом локте корзинку, где помещались банка с супом, баночка домашнего желе и кисть винограда. В местечке Даймерз-Энд бедняков имелось не так уж много, но каждый из них был усердно опекаем, а Клэр по праву считалась одной из самых активных деятельниц прихода.
Клэр Холивелл была девушкой тридцати двух лет от роду. Она держалась прямо и имела здоровый цвет лица и милые карие глаза. Ее нельзя было назвать красивой, но она обладала типично английской, приятной и свежей наружностью. В местечке ее любили и считали славной. С тех пор как два года назад умерла ее мать, она жила одна в своем коттедже, вместе с псом по кличке Роувер. Она разводила кур, любила животных и полагала, что длинные прогулки – залог здоровья.
Когда она отпирала калитку, мимо промчался двухместный автомобиль, и сидевшая за рулем женщина в ярко-красной шляпке приветственно помахала рукой. Клэр ответила тем же, но на мгновение губы ее плотно сжались. Точно острая боль пронзила ее, как бывало всякий раз при виде этой Вивьен. Жены Джеральда Ли!
Семейство Ли на протяжении многих поколений владело фермой Меденхем, располагавшейся в миле от деревни. Сэр Джеральд Ли, нынешний владелец фермы, выглядел старше своих лет и слыл человеком чопорного склада. На самом деле за внешней скованностью он пытался скрывать свою робость. Детьми они с Клэр играли вместе. Позднее их связала дружба, и многие, включая, надо заметить, даже саму Клэр, втайне прочили им еще более близкие и нежные узы. К чему спешить, разумеется, но однажды… Так она и приняла это про себя. Однажды.
А вслед за тем, год назад, деревню потрясло известие о женитьбе сэра Джеральда на мисс Харпер – девушке, о которой никто и слыхом не слыхал!
Новая леди Ли не пользовалась популярностью в деревне. Она не проявляла ни малейшего интереса к приходским делам и не увлекалась охотой. Ее тяготила деревенская жизнь, и она не испытывала ни малейшей склонности к пешим прогулкам. Многие из деревенских умников только качали головами и не ожидали ничего путного от этого брака. Внезапный любовный недуг сэра Джеральда имел весьма простое объяснение – Вивьен была настоящей красавицей. Вся она, с головы до пят, составляла полную противоположность Клэр Холивелл – миниатюрная, как эльф, изящная, с золотисто-рыжей копной волос, очаровательными завитками, спадавшими на ее нежные ушки, и с большими фиалковыми глазами, словно от природы награжденными умением бросать завлекательные взгляды.
Джеральд Ли по своей мужской простоте делал все возможное, чтобы Клэр с его женой сделались добрыми подругами. Клэр часто получала приглашения поужинать на ферме, и Вивьен всякий раз не упускала случая изобразить самое сердечное, дружеское расположение к ней. Взять хотя бы, к примеру, радостное приветствие нынешним утром.
Клэр между тем отправилась дальше выполнить свою миссию доброй самаритянки. Викарий также зашел навестить их престарелую подопечную, а после прогулялся немного вместе с Клэр, прежде чем пути их разошлись. Перед тем как расстаться, они простояли минуту-другую, обсуждая приходские дела.
– Боюсь, Джоунс опять сорвался, – пожаловался викарий. – А я было так надеялся, когда он сам, по собственной воле, решил заречься от спиртного.
– Как отвратительно, мерзко, – произнесла Клэр.
– Да, так это выглядит на наш взгляд, – вздохнул мистер Уилмот, – но не следует забывать, что нам очень трудно поставить себя на его место и прочувствовать силу его искушения. Тяга к выпивке нам чужда, но понять его все-таки можно, ибо соблазны есть у каждого.
– Полагаю, что так и есть, – неуверенно ответила Клэр.
Викарий взглянул на нее.
– Некоторых благая судьба хранит от серьезных искушений, – мягко проговорил он. – Но и для таких людей настанет свой час. Бодрствуй, бди и молись, помни, что не должно впадать в соблазн.
И, простившись с ней, он энергично зашагал прочь. Клэр в задумчивости пошла дальше и через пару шагов едва не столкнулась с сэром Джеральдом Ли.
– Здравствуй, Клэр. Я шел, надеясь повстречать тебя. Чудесно выглядишь. Смотри-ка – румянец во всю щеку!
Минуту назад румянца не было и в помине. Ли между тем продолжал:
– Так я вот говорю, что надеялся повстречать тебя. Вивьен на уик-энд придется уехать в Борнемут. Ее матушка нездорова. Ты не согласилась бы прийти к нам на ужин во вторник вместо сегодняшнего вечера?
– О, разумеется! Вторник мне тоже вполне подходит.
– Тогда все в порядке. Замечательно. Ну, я побежал.
Клэр вернулась домой и застала свою верную прислугу стоящей в ожидании ее на крыльце.
– Наконец-то вы, мисс. Такая беда. Роувера принесли домой. Утром он выбежал по своим делам, и его сбила машина.
Клэр кинулась осматривать пса. Она обожала животных, а Роувер был ее любимцем. Она ощупала одну за другой его лапы и провела рукой по спине и бокам. Пару раз пес начинал скулить и лизал ее руку.
– Если и есть какие-то серьезные повреждения, то внутренние, – сказала она наконец. – Кажется, ни одна кость не сломана.