– Ну, раз пора, то поехали. Горючки не так уж много, чтобы целый день стоять с заведенным двигателем. Да и нервы не выдерживают столько ждать.
В недрах машины было мрачно, сыро и пованивало, несмотря на тщательную чистку и ремонт. Морская вода – штука коварная. Хорошо, что сейчас не придется лезть внутрь, – во время первого этапа операции Максу прятаться нежелательно.
Как бы не пришлось потом, на последнем этапе, сидеть внутри, будто мышка в норке, слушая, как снаружи скребутся зубами и ногтями не самые любезные обитатели архипелага.
В ходе разведывательных и охотничьих рейдов группа Кирпича определила два рядом располагающихся места, в которых сосредоточена вся популяция диксов на острове. Это были урочища с сильно пересеченным рельефом: узкие каньоны глубоких промоин, выступающие из рыхлой почвы металлические столбы и угловатые конструкции, какой-то плоский купол, разделенный на четыре части, – сверху, наверное, похож на распускающийся цветок. Интересные сооружения, и полазить там хотелось бы, да только хозяева больно негостеприимные.
Диксы сидели там затворниками. Лишь изредка одиночки или пары выбирались, чтобы уже не вернуться: или гибли от человеческих рук, или скрашивали обеденный стол ящеров. Что они там, в своих логовах, жрут, никто не знал. У острова и без того полно загадок, чтобы пытаться раскрыть еще одну, тем более связанную со смертельным риском.
Даже Бродяга понятия не имел, что в тех местах располагается. В период жизни среди бронзовых людей он туда никогда не забредал. По поселку ходили слухи, что именно там находятся входы в подземно-подводную базу наблюдателей, а диксов они расселили вокруг специально – чтобы любопытствующие не забредали.
Макс, разумеется, в слухи не верил. Точнее, верил, но в другие – более правдоподобные. Ботан выдал умную идею, что в тех местах расположены источники сигнала, что мешают радиосвязи. Или нечто другое, вроде притягательного ультразвука. Главное одно – это заманивает диксов со всей округи. Собираясь там, они время от времени пожирают слабейших – тех, кто только прибыл, не успев еще набраться звериной силы. Так как с буев постоянно идет приток новичков, вымирание «старикам» не грозит.
Этой гипотезе нашлось подтверждение. Как только заработали дозоры на окрестных буях, среди тварей заметно выросло число одиночек и пар, выбирающихся наружу. Получается, им перекрыли «пищевой кран», вот и приходится искать другие источники пропитания. Все встреченные здесь «местные диксы» были далеко не новенькими, что тоже работало на предположение Ботана.
Все это Макс вспоминал, когда вездеход подъезжал к первому логову. Сейчас придется проверить, чей сигнал окажется привлекательнее.
Машина остановилась. Роман нервно произнес:
– Ближе никак. Железо всякое из земли торчит – разуемся запросто, а без гусеницы не выехать будет.
– Ладно. Наготове сиди. Сейчас попробую.
Крышка люка откинулась неохотно, будто тоже побаиваясь того, что сейчас придется сделать. Жмуриться от солнечного света не пришлось – небо на глазах затягивало тучами. Видимо, дело к дождю идет, и неслабому. Что происходит на острове в ненастье, Макс прекрасно помнил, и это его даже порадовало. В такую погоду готы вряд ли решатся устраивать разведывательные рейды или боевые походы. Засядут в своем заброшенном лагере и переждут. Тем более что все с дороги уставшие.
Даже сама природа сегодня была на стороне островитян.
Остается проверить, на чьей стороне диксы.
За последние дни Кирпич немало продвинулся в изучении реакции тварей на ультразвук и накопленным опытом поделился с товарищем. Вытащив из левого кармана свиток, Макс коротко дунул, потом, набрав в грудь побольше воздуха, дунул уже всерьез – не сильно, но протяжно. Звука он не слышал, но знал, что он есть. Кто виноват, что человеческое ухо несовершенно, и к тому же с возрастом это лишь усиливается. То, что прекрасно различит младенец, для взрослого уже недоступно. Собаки, к примеру, от этого не страдают. Собственно, именно для них и предназначены подобные приспособления. Удобно – можно отдавать команды, не напрягая нервных соседей.
Интересно, а как Люц до этого смог додуматься? Все же умный был мерзавец…
Через две минуты «музыкальных упражнений» Макс увидел первого дикса.
Тот неожиданно высунул голову из-за песчаной насыпи, обступившей подножие металлической колонны. Издали похоже на голову обычного человека, но Макс знал – нормальные здесь встретиться не могут. Точнее, могут, но только в виде пережеванного фарша на стадии переваривания.
Следом показался второй. Также замер, уставившись в сторону вездехода. Затем их стало больше десятка, а процесс и не думал останавливаться. Все новые и новые твари медленно, будто загипнотизированные, приближались к тягачу.
Макс, перестав дуть в свисток, склонился вниз:
– Ром, давай ко второй точке. Только тихо, чтобы не отстали.
– Отстали? Да они паровоз догонят! Смотри!
