– Да, Рикки, нашел себе компанию старина Таггарт, ничего не скажешь.
– Да уж, нашел себе компанию, – поддакнул Ледвидж.
Уилсон видел, как в глазах Люси разгорается гнев; к счастью, она промолчала.
– А что это ты такое ешь, Таггарт? – спросил Лось.
– Рыбу. Судака.
– Изволь встать, когда со мной разговариваешь, Таггарт.
До чего же унизительно, да еще и при Люси. Но не ссориться же с Лосем. Он нерешительно поднялся.
– Судак, вот оно что, – начал Лось. – Знаешь, что- то рыбки захотелось. А тебе хочется рыбки, Рикки?
– А то, конечно, хочется.
– Не поделишься ли рыбкой, Таггарт?
– Ты ему ничем не обязан, Уилл, – вмешался Майк.
– Я, кажется, с тобой не разговаривал. – Лось уставился на Майка.
– Какое совпадение! Я тоже с тобой не разговаривал. Я разговаривал с моим другом.
Уилсон пришел в восторг от храбрости приятеля. Непонятно только, что дальше будет, – Лось не привык, чтобы ему перечили.
– Скажи своему новоявленному дружку, чтобы занимался своими делами, если, конечно, не хочет больших неприятностей, – посоветовал Лось с еле скрытой угрозой в голосе.
У Уилсона от страха даже живот заболел, но он ничего не сказал – не хотелось, чтобы Майк подумал, что он переметнулся на другую сторону.
– Не хочешь, как хочешь, только не говори, что тебя не предупреждали. Попробую-ка я рыбки. – И Лось шагнул вперед.
Что-то ярко сверкнуло на солнце – это нож Люси воткнулся в дерево прямо над головой обидчика. Он в ужасе отпрыгнул, а Люси как ни в чем не бывало подошла к дереву и вытащила нож.
– Нервный какой. – Люси отступила назад, не сводя глаз с мальчика и легонько поигрывая ножом.
– Ты могла мне глаз выбить, – пробормотал Лось.
Люси пожала плечами.
– Ну, живут же люди одноглазыми.
Уилсона распирал смех, но он знал – этого ему вовек не простят.
– Оставь Уилсона в покое, – посоветовал Майк. – Рыбу поймали мы с Люси, так что она всё равно не его.
Может, Лось и впрямь теперь оставит их в покое, понадеялся Уилсон. Пару минут царило молчание.
В конце концов Лось выдавил из себя:
– Пусть своей порцией поделится. Раз в его тарелке – значит его. Ты же спишь и видишь со мной поделиться, Таггарт?
Конечно, Лось нипочем не остановится, пока не унизит его окончательно – и обязательно чтобы новые друзья видели.
– Ну что, Таггарт, делись, – повторил Лось.
– Вообще-то не собираюсь. – Уилсон сам удивился своему ответу.
– Правда? Вижу, ты малость осмелел.
Несмотря на дрожащие коленки, Уилсон на попятный не пошел.
– Ну, тогда я сам возьму, – заявил Лось.
– А вот это мы еще посмотрим. – Майк наклонился поднять тяжелое весло из каноэ Люси.
– Да, еще посмотрим, – повторила Люси.
– Что делать будем, Рикки? – спросил Лось.
– Что скажешь. Тебе решать, Лось.
Ледвиджу явно не хотелось лезть в драку, но, если Лось начнет, он уж точно не отстанет. Уилсон прикинул – Лось, конечно, выше Майка, да и Ледвидж выше его самого, но Майка так легко не запугаешь, а Люси продолжает поигрывать ножом.
Если друзья на его стороне, их так легко не одолеть. Но что потом будет в школе, когда рядом не окажется ни Майка, ни Люси? Может, лучше дать Лосю рыбу, и всё? Но если он сейчас поддастся, то предаст друзей, а Лось всё равно не отстанет…
Он шумно выдохнул и шагнул поближе к Майку. Положил тарелку и подобрал с земли тяжелую палку.
Снова молчание и хриплый смех Лося:
– Она мне даром не нужна, твоя рыба. Я с голода не умираю.
Вот здорово-то. Натужный смех Лося – это просто прикрытие: видно, он пытается сохранить лицо и отступить без потерь.
– Пошли уже, Рикки, – велел Лось. – А с тобой, Таггарт, мы еще увидимся, когда рядом не будет твоего ангела-хранителя и маленькой краснокожей скво[11].
Люси резко выбросила вперед руку с ножом. Лось и Рикки моментально отпрыгнули в разные стороны и теперь стояли как дураки – обманный маневр, нож был по-прежнему у Люси в руках.
– Всё еще нервные, да? – засмеялась она.
Как тут не улыбнуться, когда Лось с Рикки уходят, трусливо оглядываясь. Уилсон знал, что еще поплатится за эту улыбку, но сейчас торжествовал – они победили.
Кьяре казалось, что она просто взорвется, если нотариус еще раз произнесет слово «вышеуказанное». Почему он не может говорить нормальным языком? Но нотариус продолжал монотонно зачитывать длиннющую бумагу о наследстве, где дедушка назывался «одной из вышеуказанных сторон» – звучало ужасно, что бы это ни значило. Папа глянул на дочь и подмигнул, а она, уже не вслушиваясь в бубнеж нотариуса, подмигнула ему в ответ.
Они сидели в комнате с высоким потолком в нотариальной конторе в центре Питерборо. Немолодой нотариус в роговых очках всё время неодобрительно поджимал губы. Старомодный костюм, старый стол красного дерева – похоже, ему нравилось всё старинное. Такой ни за что не остановится посередине важного документа.
Кьяра удивилась, узнав, что дедушка не обратился к местному нотариусу в Лейкфилде, но ей очень понравилась поездка в Питерборо не по шоссе, а по живописной дороге. Дорога почти всё время шла вдоль реки Отонаби, сверкавшей под яркими лучами весеннего солнца.
