Жизнь же полная противоположность. Ясно, что жить намного лучше, и любой бы на моём месте не поступил так, как я, но, наверно, я слишком эгоистична, чтобы выбрать для себя тяжелый путь…
Такое чувство, будто я провалилась в небытие! Всё вокруг казалось не настоящим. Смазанные картинки не давали возможности опомниться мне и понять где я нахожусь. Моё сердце медленно стучало, и я слышала все его колебания. Дышала я спокойно, но изредка воздуха не хватало, и приходилось вдыхать ртом, в надежде захватить побольше кислорода.
Пробираясь сквозь заросли, я царапала руки о колючие кусты, и ранки неприятно жгли, как после прикосновения к крапиве, но меня это не останавливало.
Я шла, вперёд восхищаясь красотой неба!
Закат!
Солнце уже не ярко — желтое, а малиновое садилось за пышными облаками, и казалось, что я попала в сказку!
Неожиданно я вышла на поляну.
Она ничуть не уступала красотой закату! Даже при таком тусклом свете, поляна блистала всеми своими красками, заставляя меня подходить всё ближе и ближе, касаясь высокой травы кончиками пальцев и вдыхая свежий вечерний запах.
Я, блаженствуя, прошла дальше и неожиданно увидела впереди обрыв.
Только через несколько секунд, я поняла, что нахожусь именно на том обрыве, где потеряла одного из самых близких мне людей!
Сердце невольно заколебалось в груди и захотелось остановиться, но вдруг я увидела темный силуэт.
Фигура сидела возле обрыва, облокотившись руками о колени, а, услышав меня, силуэт встал и предстал передо мной в виде Майкла.
Такие глубокие и изумрудные глаза, бледная и холодная кожа, неуклюже уложенные черные кудри, как я по всему этому скучала!
Коленки задрожали, и я невольно пошатнулась.
Неожиданно так захотелось расплакаться! Ведь я столько страдала, потому что у меня этого не было, и тут вот он, Майкл стоит прямо передо мной, улыбаясь своей лукавой улыбкой, словно маня меня к себе!
Слезы полились по щекам, и захотелось прикрыть глаза, чтобы они быстрей скатились вниз, и позволили мне насладится видом человека, без которого я не могу жить, но я боялась! Боялась, что моргнув, я вновь окажусь в своем мире, где Майкл давно умер и не находится со мной…
Подойдя к нему, я взяла его холодную руку и крепко сжала, в надежде никогда не отпускать.
— Я умерла? — невинно поинтересовалась я, любуясь лицом Майкла, через пелену слез.
Майкл уверенно усмехнулся.
— Нет, конечно, — заверил он.
— Но если я жива, — начала рассуждать я, — значит, ты должен быть мертвым…
Майкл ласково улыбнулся.
— Я жив, — беззаботно заявил он.
Я вопросительно на него посмотрела.
— Я всегда буду жить в твоем сердце! — тихо прошептал он и нежно прогладил своей холодной рукой мою горящую щеку.
Я недоверчиво на него посмотрела.
— Но как? — прошелестела я. — Я хочу, чтобы ты жил не только в моем сердце, но и со мной!
— Как только я тебе понадоблюсь, я сразу приду, — решительно сказал он, — Обещаю, — искренне произнес Майкл.
— Но…
— Элизабет, — вдруг позвал меня какой — то голос.
Я с тревогой посмотрела на Майкла, но на его лице не было ни капельки страха или волнения. Он всё ещё улыбался, обнажая свои белоснежные зубы.
— Элизабет! — более настойчиво позвал меня голос и вдруг всё начало смазываться.
Поляна, закат, Майкл…
Такое чувство, что я ехала в машине на огромной скорости и пыталась разглядеть в окне всё то, что секунду назад окружало меня!
— Ну, давай же! — просто умолял голос, и я вскрикнула вытянув вперёд руку, пытаясь схватить Майкла, но он медленно уплывал от меня, оставляя размытые следы.
— Майкл, нет! Останься со мной! Прошу! — взмолилась я, и расплакалась.
— Я всегда буду с тобой! В твоём сердце! — напомнил Майкл и исчез.
Неожиданно меня накрыла темнота. Я словно брела по темному коридору, и вдруг увидела свет.
Он манил меня к себе с такой же силой, как минуту назад Майкл, и я уверенно шла вперёд, пока не увидела лицо папы.
Он встревожено смотрел на меня, и крепко сжимал мою обессиленную руку.
Я безжизненно осмотрелась вокруг.
Всё ужасно белое, просто блестящее. Глазам стало больно, и я прищурилась, стараясь привыкнуть к такому освещению.
— Элизабет! — более спокойно проговорил папа и прижал меня к себе, не смотря на прозрачные трубки, торчавшие из моих рук, и капельницу.
— Папа? — прохрипела я, наконец, открыв глаза.
— Да, это я, дорогая…
— Что случилось? — недоуменно спросила я, пытаясь привстать.
— Браин сказал, ты упала с моста и чуть не захлебнулась! — с жалостью в голосе промямлил папа.
Неожиданно в моей голове начала складываться картинка, и я вспомнила, что произошло.
— Где Браин? — испуганно спросила я.
— Браин? — переспросил папа.
— Да, где он? — встревожено, спросила я, робко осматривая палату, в которой я лежала.
— Он здесь. Ждет в коридоре…
Я облегченно вздохнула.
Внезапно слезы прикатили к глазам, и я расплакалась.
— Пап, прости! Я не хотела! — взмолилась я.
— Ну, что ты! — расстроено, воскликнул папа и вновь прижал меня к себе. — Ты тут не причем!
— Ещё как причем! — расплакалась я.
