- Котеночек, - с нежностью сказал он, - хочешь? – он протянул мне руку с бутылкой
виски.
- Мне кажется, тебе хватит, - заметила я, подходя ближе.
- Думаешь? – он задумчиво посмотрел на бутылку, там еще оставалось больше
половины.
- Где ты пропадал? – поинтересовалась я, - пьянствовал?
- Нет, работал, - сухо заметил он.
- У нас каникулы, какая работа.
- Грязная, если ты понимаешь, о чем я.
И я поняла, почувствовав отвращение. На парня нашла разговорчивость.
- Больше никого не убили в мое отсутствие? – бестактно поинтересовался он.
- Нет. Ты же был на отпевании, почему ты так груб, - не удержалась я.
Парень усмехнулся.
- Ты так хорошо обо мне думаешь? Я зашел замолить свои будущие грешки, а не
эту девушку. Мне на нее плевать. Как и на всех в этом месте.
И все же в его словах я чувствовала подвох. Если ему все равно, то зачем так
напиваться. Андрею словно доставляло удовольствие быть плохим. Причинять боль
себе и окружающим своим поведением и поступками.
- По-моему ты страдаешь мазохизмом, - заметила я.
- Ну не знаю, хотя… игры с наручниками мне нравятся. Что скажешь, - он схватил меня
за талию и притянул меня к себе, - может, прикуешь меня к кровати?
Отвратительный запах алкоголя ударил мне в нос, а губы парня поцеловали мою шею.
- Не надейся, - я редко оттолкнула его от себя, Андрей покачнулся, но быстро
восстановил равновесие.
- Ну ничего. Мы можем придумать что-нибудь еще, то, что тебе понравится.
- Ты видимо свихнулся, если думаешь, что мне вообще может понравиться что-то с
тобой.
- Когда ты злишься, ты щуришься в точности как мать, - задумчиво сказал он, смотря на
меня.
- Что? – спросила я, словно ослышалась, – ты знаешь мою мать?
- А ты разве нет? Ты же рылась в документах Инги.
- Расскажи мне, - потребовала я, схватив парня за грудки.
- Ооо, а вот и страсть появилась в наших отношениях, - довольно ухмыльнулся Андрей,
- дайка подумать, а что мне за это будет?
- Никакого секса ты не получишь, - отрезала я.
- Забавно, - Андрей улыбнулся, – можно сказать, она у тебя прямо под носом, а ты и не
знаешь.
Я понимала, что он только сильней дразнит меня, пытаясь получить то, что хочет, но до
подобного я бы точно не скатилась.
- Нет? Может, все же подумаешь?
Кончик его ножа коснулся моей шеи и я замерла, Андрей еле касаясь повел им вниз, не
оставляя на мне следов, но стоило ему надавить чуть сильней, и он бы поранил меня.
- В конце концов, что ты теряешь, пару часов потрясающего секса и правду о своей
матери, - кончик его ножа коснулся пуговицы на моей тенниске, и она отлетела в
сторону.
- Что ты вытворяешь? – голос полный гнева приближался к нам, я повернула голову и
увидела Игната. Его глаза пылали яростью.
Андрей сделал шаг назад и убрал от меня нож.
- Мы просто развлекались.
- Это было мало похоже на развлечение, - сухо заметил Игнат.
Андрей задумчиво посмотрел на нож в своей руке и, развернувшись, с силой метнул его
в цель. Он воткнулся почти по самую рукоять в районе сердца, которого у манекена, конечно же, не было.
- Подумай котенок, если что, я думаю, ты без труда найдешь мою комнату, - он
подхватил свою бутылку со столика.
- Да пошел ты, - огрызнулась я.
Андрей пошел к выходу, но Игнат схватил его за руку, не отпуская просто так.
- Извинись.
- Пусти, - процедил Андрей, - или ты забыл, как я побил тебя? Я могу повторить прямо
сейчас и даже она меня не остановить, - Андрей оглянулся на меня.
- Игнат, не надо, он просто пьян - попросила я парня, меньше всего желая сейчас
наблюдать, как они сцепятся и разнимать их.
Парень отпустил Андрея и тот ушел, посмеиваясь.
- Что тут было? – спросил он у меня напряженно.
- Ничего, я пришла пораньше, а он был тут. Пьяный и нес бред.
- Он не поранил тебя? – Игнат приблизился и коснулся моей шеи, проверяя.
- Нет, - сглотнула я, но парень не убрал пальцы, и они спустились до края тенниски, где
торчала нитка от отрезанной пуговицы, - и не думаю что собирался. Вы не очень-то
дружны, - заметила я, - вы ведь были знакомы раньше. Что между вами? – задала я
вопрос, интересовавший меня.
- Мы росли вместе, лет до 14, постоянно соперничали и дрались. Мы с ним можно
сказать были заклятыми врагами.
- Росли?
- Да, мы были в одной приемной семье. Я был любимчиком и его это ужасно злило.
Когда мы оказались здесь, у него совсем снесло крышу. Алла забрала его в свою школу, у нее получилось держать его в узде. Не превратить в пай мальчика, но она тот человек, которого он всегда уважал. Но как я вижу, ей не очень-то удалось на него повлиять.
- Если он сказал, что что-то знает, что-то важное, насколько можно верить ему? – мысль
о возможности узнать, кто моя мать не давала мне покоя.
- Смотря о чем речь.
- Например, о моей биологической матери. Он может знать такие вещи?
- Думаю да. Я только недавно стал преподавателем, я еще не знаю многих вещей, я
знал, что Виктор мой отец, но в этом он признался мне сам. Андрей это другое. Он не
просто знал какие-то вещи, он был на достаточно короткой ноге с Аллой и другими
преподавателями. Я не знаю многого, лишь однажды разговорились с Виктором и он
сказал, что Андрея, возможно, хотят сделать директором одной из школ. Поэтому я
