Сегодня никто не выл. Стоны ветра звучали зловеще. Слух подводил людей, но и со зрением дела обстояли не лучше. Свинцовые облака кружились, летели, закрывая луну и звезды так плотно, что видимость на полсотни шагов уже казалась идеальной. Лучники при таком ветре могли стрелять не дальше. Это судьба. Как бы долго ни готовили лучников, при таком чертовски порывистом ветре о точности можно забыть. Лишь немногие обладали сверхъестественным чутьем, когда дунет ветер, и могли поразить цель в рост человека с шестидесяти шагов, но это и близко не давало того превосходства, которое должен получать гарнизон за крепостной стеной.
Солон занял позицию на первой стене, в противоположной от Вэсса стороне, надеясь, что в самом худшем случае поможет людям без его вмешательства.
Он не мог ненавидеть юношу. В армиях всегда полно людей, подобных Леросу Вэссу, довольно неплохому человеку. Лучше, чем многие. Простой воин, которому нужен военачальник. Для него все сложилось наоборот. Жестокая шутка судьбы, после которой Вэсса запомнят не геройским солдатом, а храбрым идиотом, пославшим людей на бойню.
Хуже всего ждать. Как и всякий воин, ждать Солон ненавидел. Хорошо быть командиром, когда приходится ждать. Можно заполнить время, воодушевляя людей стоять насмерть. Тогда не остается времени беспокоиться о себе.
Сквозь тьму Солону почудилось, как что-то мелькнуло в вихре облаков. Он напрягся. Ничего.
— Время пришло. Помните, не смотрите прямо на нее! — обратился он к людям поблизости.
Вытащил две восковые пробки, покатал в пальцах, чтобы согрелись. Одну воткнул в ухо, затем помедлил.
Снова показалось, будто что-то увидел. Не силуэт человека или лошади, а… огромный квадрат? Нет, пустое. Люди вокруг подались вперед, щурясь в темноту.
Затем стало пощипывать кожу. Подобно большинству магов-мужчин, Солон даром провидца не блистал. Обычно он видел только собственную магию. Зато чувствовал любую, особенно вблизи, и всегда — если магию применяли против него. Теперь он ощущал себя так, будто вышел погулять на влажный воздух. Магия не сильная, зато везде — настолько рассеянная, что, если бы Дориан его не взвинтил, он никогда бы ее и не заметил.
— Кто-нибудь знает, как вязать крепкие узлы?
Воины озадаченно переглянулись. Наконец один из них сказал:
— Сэр, я вырос на рыбацкой шхуне. По-моему, об узлах знаю все на свете. О каждом.
Солон схватил моток веревки, привязанной к ведру, которым воины наполняли баки с водой на крепостной стене. Затем отрезал веревку.
— Свяжи меня, — приказал он.
— Сэр?
Воин взглянул на Солона, как на сумасшедшего. «Неужели так и я смотрел на Дориана? Прости, дружище». Магия уплотнялась.
— Привяжи меня к стене. Так, чтобы не мог и шевельнуться. Возьми мое оружие.
— Я, сэр…
— Я маг, черт возьми, и гораздо восприимчивей к тому, что она… Проклятье! Она приближается!
Воины обернулись и уставились на Солона.
— Не смотрите на нее! Не верьте тому, что увидите. Черт тебя дери, приятель, давай! Остальные — стреляйте!
С таким приказом большинство почувствовало себя спокойней. Пусть Лерос Вэсс и гневался на них утром, максимум, что должны они сделать, это выпустить стрелы в зону поражения перед стенами.
Бывший моряк ловко обмотал Солона веревкой. В секунды связал ему руки за спиной, прикрепил их к ногам, и только после этого накинул плащ, чтобы не замерз. Затем привязал Солона к лебедке, с помощью которой поднимали ведра.
— Теперь повязку на глаза и вторую ушную пробку, — приказал Солон.
Воин привязал его лицом навстречу опасности. Черт, надо было сделать так, чтобы ни в коем случае не видеть Хали.
— Приятель, торопись.
Воин не ответил. Он, как и все, устремил взгляд со стены в темноту.
— Элана? — произнес он. — Элли, это ты?
Лицо воина вспыхнуло, глаза расширились. Он отбросил плащ. Затем прыгнул со стены.
На полпути к земле вдруг очнулся и стал дико трепыхаться, пытаясь найти точку опоры. Тело разбилось о скалы, и ветер поглотил предсмертный вопль.
Внезапно шквал стрел взметнулся в воздух. Люди подчинились приказу Солона: стрелять, как только случится нечто странное. Туман всколыхнулся, и Солон увидел огромный фургон, который в окружении халидорских солдат тащили вперед шестеро туров. Сердце подпрыгнуло, когда первая волна срезала с десяток халидорцев. Туры приняли несколько стрел на себя и даже не споткнулись.
Ливень стрел иссякал.
Солон видел, как одни воины сами бросаются вниз со стены. Другие, с луками в безвольных руках, трясли головами, погруженные каждый в свои видения.
Магия прогрохотала мимо так, будто Солон летел с огромной скоростью.
И затем тишина.
