Ферл Халиус мрачно взглянул на свинцовые облака. Его племя, иктана, жило в горах. Ферл считался одним из лучших скалолазов, но карабкаться по горам не любил. То ли дело битва. Заставляет почувствовать, что такое жизнь. Восхождение непредсказуемо, горные боги своенравны. Он видел, как разбился насмерть самый набожный член клана, ступив на камень, который лишь мгновение назад выдержал Ферла, а ведь он куда тяжелее. Конечно, в сражении может убить и шальная стрела, зато есть возможность двигаться и драться. Если смерть и явится, то не заметит тебя, когда ты в страхе вцепился скользкими пальцами в выступ скалы и молишься, чтобы бог тебя уберег от очередного порыва ветра.
Ферл видел карнизы и похуже. Этот — узкий, шириной около трех футов по всей длине — уходил вверх примерно на сотню.
Три фута — чертовски много. В кажущееся ничто их превращает отвесная скала. Зная, что если соскользнешь, нет ни единого шанса зацепиться, что оступишься — и конец, человек теряет мужество и веру.
Не стал исключением и Окорок Кироф.
Барон, увы, не имел понятия, отчего так важен. Да и Ферл ничего не смог выяснить. Тем не менее барон был важен настолько, что король-бог послал за ними вюрдмайстера.
— Ты первый, Окорок. Я возьму все снаряжение, но больше тебе никаких поблажек.
Это была не поблажка. Практичность. С тюком толстяк пойдет медленней, а если кувырнется, то Ферлу не хотелось терять запасы.
— Я не могу, — захныкал барон Кироф. — Пожалуйста.
По кругленьким щечкам ручьем текли слезы. Короткая рыжая борода тряслась, как заячий хвост.
Ферл вытащил меч. Как многим он пожертвовал, чтобы его сохранить! Меч, который сделает его военачальником клана. Что еще желать военачальнику, когда есть такой прекрасный меч, даже с рунами горцев на клинке?! Ферл узнал их, хотя прочитать не смог.
Он сделал жест мечом и чуть пожал плечами, словно говоря: «Испытай судьбу».
Барон ступил на дорожку. Он бормотал слишком тихо, чтобы Ферл расслышал, но звучало это как молитва.
К удивлению, продвигался толстяк быстро. Ферлу только раз пришлось шлепнуть барона клинком плашмя, когда тот застыл и начал соскальзывать. Времени совсем не было. Если не удастся оторваться от вюрдмайстера, Ферл покойник. Он шел следом за толстяком, которого только так и мог заставить двигаться, однако это означало, что Ферл уязвим для магии вюрдмайстера.
Вид перед ними открывался захватывающий. Они прошли уже половину открытой местности. Ферлу показалось, что далеко на северо-западе он видит город Сенарию. Казалось, они воспарили над землей. Вдруг кожу стало покалывать. Снег!
Ферл поднял глаза. Передний край черной стены облаков завис прямо над головой. Барон остановился.
— Очень узко, нам не пройти!
— У нас нет выбора. Вюрдмайстер уже вышел из леса.
Толстяк сглотнул. Затем раскинул руки и, прижимаясь лицом к скале, пошаркал вперед.
Разгневанный вюрдмайстер уже совсем близко.
Ферл глянул вперед. Еще тридцать шагов, и останется последний трудный отрезок, где уступ сужался до полутора футов. Барон замер, хватая ртом разреженный воздух.
— Ты сможешь, — подбодрил его Ферл. — Я знаю.
Чудесным образом толстяк сдвинулся с места. Засеменил, но уверенно, будто нашел в себе кладезь храбрости, о котором и не подозревал.
— Я иду! — крикнул он.
И действительно, он шел! Даже миновал самый узкий участок. Ферл наступал на пятки, стараясь не последовать за камешками, которые из-под ног летели в пропасть.
Уступ начал расширяться, и толстяк перешел на обычный шаг. Он смеялся.
Мимо промелькнуло зеленое пятно, и уступ впереди взорвался.
Когда дым рассеялся колючими ветрами, небо открылось и пошел снег. Ветер кружил крупные хлопья снега. Ферл и Окорок дружно смотрели на открывшийся перед ними провал.
Тот едва достигал трех футов, но для разбега не хватало места. К тому же дальняя сторона казалась не слишком устойчивой.
— Если перепрыгнешь, — сказал Ферл, — я больше никогда не назову тебя Окороком.
— Отвали! — огрызнулся толстяк и — прыгнул.
Очередной заряд ударил в скалу над головой Ферла, и осколки осыпали его дождем, порезав лицо. Он тряхнул головой, чтобы прояснилось в глазах, потерял равновесие и тут же его поймал — все в один короткий миг. Затем сделал два шага и прыгнул.
Уступ крошился под ногами быстрее, чем карабкался Ферл. Он вскинул руки, цепляясь за что придется.
Его руку подхватила чужая рука. Барон выдернул Ферла на безопасное место.
Задыхаясь, Ферл согнулся пополам, ладони на бедрах. Спустя мгновение спросил:
— Ты меня спас. Почему?
Скала за ними вновь взорвалась, и ответ барона потонул в грохоте.
Ферл изучил остаток уступа. Еще тридцать шагов, прежде чем они скроются от вюрдмайстера за углом. Здесь уступ был шириной футов пять, даже больше. Ракетой не снесешь. Однако опасность не миновала, и Ферл больше не собирался идти последним. Он вложил меч в ножны и схватил барона, меняясь местами.
— По-другому нам не выбраться, — сказал он.
— Согласен, — ответил барон. — Все равно я не вернусь, чтобы вновь карабкаться по уступу, и абсолютно не умею выживать в дикой местности. Я с тобой.
