- К'аддо играет со словами, как эрвегский кот с добычей, - безразлично ответил принц, неотрывно глядя на звезды, и император стиснул зубы, скрывая досаду. - Стоит один раз сказать 'да', и ловушка захлопнется. Он вложит тебе в голову свои мысли, он заставит смотреть на мир его глазами, и делать то, что нужно ему. Я хорошо умею выполнять приказы, но никогда не стану чужой марионеткой. Я верен вам и Империи.
Когда принц опустил голову, в его глазах мерцало отражение звёздной бездны. Казалось, приглядись - и увидишь, как в этой черноте бесконечными спиралями разворачиваются галактики.
- Позвольте мне покинуть Аргеанну... - тихо выговорил он и после краткой паузы добавил: - Лаисс ар.
- Снова на дальние рубежи, сын? - с трудом подавив дрожь, осведомился император. Ментат, билось в голове. Ещё сильнее того... он, а не ты... - Затосковал по грохоту плазменных пушек и белковым концентратам три раза в день?
- Хочу навестить старых знакомых, лаисс ар.
- Старых, - негромко повторил император, - знакомых... Ты волен идти, куда пожелаешь, сын. Я твой император, а не тюремщик. Когда ждать тебя обратно? Ты - мой наследник, ты нужен мне здесь.
Риган пожал плечами, и этот совершенно не ардраждевский жест лучше любых слов сказал императору, что его сын больше не принадлежит ему.
- Я вам не нужен. Ализеа может заменить меня. Во всем.
- Ты... отказываешься от трона в пользу сестры? Это твоё слово?!
- Вы император, - Риган снова запрокинул голову вверх. Он сидел на краю парапета, вполоборота к отцу, и в бледном свете луны его лицо было похожим на маску древнего бога. - Вы приказываете, мы исполняем.
- Так и должно быть, - кивнул владыка, кладя руку на плечо Ригана. - Только так и должно. И он толкнул сына. Так внезапно и сильно, что ни боевая выучка, ни невероятная реакция ардражди, не смогли спасти его. Риган без вскрика рухнул за парапет. Император спокойно взглянул вниз, наблюдая. Крохотная человеческая фигурка падала стремительно и беззвучно. Яркая, точечная вспышка - и вновь ровное, красноватое свечение фламм-поля.
- 'Я верен вам и Империи'! - горько повторил Демеро. - Слабак... слабак... Настоящий император не доверяет никому! Особенно, когда стоит на краю... Будь ты проклят, Зелгарис!
Известие о побеге Зелгариса стало пусковой кнопкой. Сперва император, запершись в своих покоях, срывал ярость на всём, что попадалось под руку, от прислуги до мебели. Затем он подписал несколько смертных приговоров, немного успокоившись, приказал доставить в личную пыточную узника покрепче, и четверть вига снимал накопившийся за последние сутки стресс.
Император обтёр руки полотенцем, поданным безмолвным слугой, и швырнул его на пол.
'Почему ты взялся учить моего сына, старик? - в тысячный раз яростно вопросил он. - Почему?!'
