– Ты не… не станешь этого делать, – хрипит она.
– Стану. Обещаю тебе.
– У него твоя драгоценная Венди. И я знаю, где она.
До этого момента я всегда думал, что познал страх. Считал, что смотреть в лицо дяде, слышать тиканье его часов, когда он запирал дверь моей спальни, – это и есть воплощение ужаса.
Но я ошибался.
Потому что я никогда не испытывал такого леденящего страха, как в тот момент, когда имя Венди сорвалось с губ Мойры.
Прежде чем она успевает заговорить, на ее голову обрушивается тупой конец моего ножа, и она теряет сознание. Я бросаю ее тело на пол, спешно нахожу телефон и запускаю GPS-трекер, установленный в ее колье, надеясь, что оно все еще при ней.
Так и есть.
И она в Пещере Каннибала.
Но если это не Питер, тогда почему они там?
Определив ее местонахождение, я выбегаю за дверь: Старки и близнецы следуют за мной, а Керли остается ждать моего звонка. Как только я удостоверюсь, что Венди действительно там, он пустит пулю в голову Мойры.
Я бы хотел продлить ее мучения, но безопасность Венди превыше всего, и я не хочу затягивать дело.
Дорога до Пещеры Каннибала занимает вдвое меньше времени, чем обычно, моя нога словно прилипла к педали, а мысли беспорядочно мечутся.
Какой же я дурак, что поверил, будто враги не отнимут ее у меня.
Что Питер не станет использовать дочь. Как же я его недооценил.
Ребята ведут себя в машине довольно тихо: Старки сидит на пассажирском сиденье с пистолетом на коленях, а близнецы перешептываются друг с другом на заднем сиденье. Внутри меня все бушует, я молюсь богу, который уже приговорил меня к аду, и прошу забрать мою душу, лишь бы Венди осталась жива.
Она должна спастись.
Как только мы подъезжаем к входу в пещеру, я бросаю машину на стоянке.
– Так, – вздыхаю я, натягивая перчатки и проверяя патронник своего пистолета. – Вы готовы, парни? Пришло время расплаты.
Я не дожидаюсь парней, зная, что они будут меня прикрывать. Я сосредоточен исключительно на поиске Венди, ее возвращении в безопасное место и последующем убийстве каждого подонка, который думал, что сможет использовать ее против меня. Удивительно, но я вдруг понимаю, что месть сейчас не имеет значения: меня заботит только ее жизнь.
Проходя мимо обугленных деревьев, я не обращаю внимания на тяжесть в груди, вызванную воспоминаниями о пылающем теле Ру, и направляюсь ко входу в пещеру. Я прохожу через узкий каменистый коридор и вхожу в большой проем. И тут я останавливаюсь: прямо передо мной лежит Венди, без сознания, привязанная к стулу, с засохшей кровью на лице.
Сердце в груди замирает, внутренности охватывает пожар.
Я испепелю их всех.
– Крюк, как хорошо, что ты пришел!
Меня передергивает от голоса Питера. Я все-таки надеялся, что родной отец никогда не пойдет на такие крайности ради того, чтобы заполучить меня.
– Питер, – я засовываю руки в карманы. – В очередной раз ты доказываешь, какой из тебя никудышный отец.
– Да, но иногда приходится идти на жертвы, – он посмеивается, глядя на свою дочь.
– Неужели ты бы навредил собственной дочери? – я наклоняю голову.
– Это случайность, – его глаза мрачнеют. – Тина слегка перестаралась.
– Хм, – я бросаю взгляд на девушку и замечаю, как равномерно вздымается и опускается ее грудь, она дышит. Теперь, удостоверившись, что она жива, я могу всецело сосредоточиться на Питере. – Может быть, тебе стоит покрепче держать свою сучку в узде.
– Возможно, ты прав. Но что тут поделаешь? Женщины есть женщины, – вытирая рукой рот, он пожимает плечами.
Я вздыхаю.
– Я устал играть в игры, Питер. Скажи мне, зачем ты меня сюда заманил, – я развожу руки в стороны. – Ты ведь для этого устроил все это шоу?
– Это не он, – за моей спиной раздается чей-то голос, отчего в жилах стынет кровь.
Это невозможно.
Я не хочу поворачиваться к Венди спиной, даже на мгновение, но мне и не приходится этого делать: спустя миг он уже стоит прямо передо мной.
Он выглядит совсем иначе. Волосы зачесаны назад, черный костюм плотно прилегает к его фигуре. Он похож на меня.
– Привет, босс, – на его мальчишеском лице расплывается улыбка.
– Сми, – я открываю рот и делаю вдох, чувствуя, как предательство разъедает мне сердце.
– Сюрприз! – гогочет он, кружась. – Вау, все вышло куда круче, чем я планировал. Ты, конечно, прости меня за излишние эмоции: я так долго ждал этого момента.
Гнев и обида смешиваются воедино, затуманивая сознание. Я смотрю то на него, то на Венди, чья голова качается взад-вперед, а тело, которое потихоньку приходит в себя, борется с оковами. Я испытываю облегчение.
Отлично. Это хороший знак.
– Смотри. На. Меня, – Сми тычет пальцем мне в лицо.
С ухмылкой я стискиваю зубы, лезу в карман, достаю оттуда клинок и начинаю медленно вертеть его в пальцах.
– Знаешь, это невероятно, что после стольких лет я оказываюсь здесь вместе с тобой, – я подхожу к нему ближе. – С предателем.
Его глаза сужаются.
– Ты прав. Мы были вместе много лет. И каждый день был пыткой – знать, кто ты, и сдерживаться, чтобы не прикончить тебя во сне, – выплевывает он с усмешкой.
