Набрать номер Никаноров не успел — позвонили ему. И когда он снял трубку, то без труда узнал голос Угрюмова. «Видимо, опять что-то нехорошее», — отвечая на приветствие, горько подумал Никаноров. И он не ошибся.
Поздоровавшись, Угрюмов поздравил директора с пуском агрегата, выяснил некоторые подробности его работы и затем сообщил то, ради чего звонил:
— На вас, Тимофей Александрович, еще одна жалоба поступила. Содержание аналогично первым. Однако есть кое-что и другое. Вы становитесь популярным. Молотильников автор.
— Интересно, что бы сказали вы, Юрий Петрович, если бы находились на моем месте?
— Я бы сказал, что это — не главное. Главное, Тимофей Александрович, в другом письме. Оно написано в защиту вас. Хотя и опоздало немного. И тем не менее, хорошее письмо. Вы, пожалуй, и не отгадаете, кто автор?
«Вот нашел мальчика, чтоб загадки ему отгадывал. У меня и своих задачек море». И подчеркнуто сухо Никаноров сказал:
— Я и не собираюсь отгадывать. Своих загадок по горло. Да и министру о пуске АПР собрался доложить. В отпуск хочу уйти. От всех жалоб и задач. Хоть отдохну месяц. А тут вы со своими загадками. Извините, Юрий Петрович, мне они ни к чему. До свидания. — Но положить трубку Никаноров еще не успел, и когда услышал новость — замер от неожиданности.
— Автор письма — ваша жена! — громко и отчетливо прокричал Угрюмов. — Я снял копию. На «ксероксе». Присылайте диспетчерскую. Комната моя двести девятая. — И тут же положил трубку.
«Неужели от Марины? Это же здорово! — не выпуская трубки из рук, думал Никаноров. — Может, там обратный адрес есть? Эх, не успел спросить. А Вадим, как обрадуется Вадим! Она, наверняка, у отца где-нибудь. Не может быть такого совпадения в лекарствах. Да и мать никогда на ноги не жаловалась. И деньги потребовались, видимо, на одежду Марине. На питание. Да разве мало на что.
А все-таки, сколько времени уйдет у шофера на поездку за письмом? Минут сорок пять. Не менее. Пока разденется, пока поднимется, разыщет кабинет Угрюмова, пока выходит, одевается… А на открытие подсобного цеха придется, пожалуй, не ехать. Обойдутся и без меня. В жизни всегда без кого-то обходятся. Хотя нередко это идет в ущерб делу. Но сегодня — сегодня ничего страшного. Главный инженер и председатель завкома пусть едут. Не сторонние. Может, Кленов или начальник милиции что-нибудь узнали о Марине?»
Однако Никанорову не повезло: обоих на местах не оказалось.
