Первая рюмка обожгла и возбудила и без того здоровый аппетит. После третьей он почувствовал расслабление, этакую теплоту, которая шла из груди и приятно согревала щеки и зажгла уши. Неожиданно возле столика, за которым он остался один — остальные ушли танцевать — появилась женщина.
— Можно вас пригласить, Тимофей Александрович?
Никаноров недоуменно вскинул голову, с огорчением думая, вот и досиделся — увидели. Разыскали. Теперь начнутся расспросы, что и почему, как здесь оказался. Еще чего не хватало. Вообще, день неудачный. Однако, когда он осмотрел пригласившую его женщину, беспокойные мысли сразу улетучились, словно они и не возникали: перед ним стояла не только женщина, но к тому же прекрасная блондинка, в платье стального цвета, в белых туфлях. Она пристально смотрела ему в глаза, ожидая ответа. Лицо ее где-то встречал. Я встречал ее. Это точно! Но где? А, собственно, что я стою, как истукан, надо идти танцевать. Но где же я ее видел? Есть ли у нее телефон? Хорошо, если бы с телефоном.
— Ну, не вспомнили? — блондинка посмотрела и улыбнулась. — Не вспомните. Мы с вами были в одной компании. Помните, «Зеленое озеро». Домик на берегу. Большое ведро ухи. Целый поднос рыбы.
— А-а припоминаю, хотя смутно. Вас Ольгой звать?
— Да, Ольга. Мы с вами сидели за одним столом.
Никаноров сразу восстановил в своей памяти, как это было. Он отдыхал в санатории с Мариной. Тогда собралась небольшая компания. Замминистра, замначальника главка, коллега с «Буревестника революции». Организовали уху. Все шло прекрасно. Когда начались танцы, один из присутствующих, сидевший рядом и оказывавший активное внимание Ольге, пригласил ее. Они станцевали несколько раз — и это послужило мужу предлогом для ревности. Он схватил обидчика за грудки, вспыхнула драка. Их разняли. Вечеринка была скомкана. А затем лишь в столовой, где они были соседями, он еще несколько раз видел Ольгу. И вот через столько лет встретились.
— Вы где работаете? — спросил Никаноров.
— В научно-исследовательском институте. Завсектором нормативных исследований. А вы?
— На «Красном вулкане».
— Кем? Если не секрет?
— Директором. А сегодня как здесь оказались?
— День рождения. У подруги.
— Вы с мужем?
— Нет. Мы разошлись. Он стал пить. И к тому же сошелся с такой же, как и сам, алкоголичкой. Один раз я пришла домой — они, пьяные в дым, валялись на полу. В зале. Это была последняя наша с ним встреча.
Станцевав еще один танец, они выпили. И тут Никаноров вдруг почувствовал, как его качнуло и он понял, что пора уходить: видимо, сказывалось, что давно не выпивал, с утра не ел, да и к тому же этот невероятный грохот ВИА. И он подумал: много ли человеку надо? А мы шумим, ругаемся, отношения выясняем. А эта Ольга хорошо выглядит. Глаза какие-то осветленные, груди еще тугие. Видимо, не рожала. Красивая женщина. А одна. Подруга хуже, но с кавалером. Почему же так получается?
Красивая не должна быть одинокой. Пусть и Ольга будет не одна. Со мной она будет. Вдвоем всегда лучше, чем в одиночестве. Хорошо, если есть телефон. Договорились встретиться у входа.
В голове шумело. Когда вышли на улицу, Ольга поддерживала его за руку. Он попросил ее рассказать про свою жизнь. Слушая, иногда приостанавливался, пытаясь улавливать то, что она говорила, с ужасом осознавая, что надо идти домой. И его в таком состоянии увидит Вадим. Нет, в таком виде появляться не следует. Дома меня таким еще никогда не видели. Он сказал ей об этом, и Ольга поддержала:
— Правильно. И не должны видеть.
— А что мне делать? Куда мне идти? Не на завод же?
— Зачем на завод? Ко мне. Это совсем близко.
— Неудобно.
— Мужчине и неудобно зайти к женщине? Вы меня рассмешили. Вся жизнь на этом построена. Всегда кто-то к кому-то заходит.
«А пожалуй, — подумал Никаноров, — она права. И в этом вся жизнь. Открытая или скрываемая. Да и со мной все еще не проходит, хотя идем минут сорок. И с этой селедки, стыдно признаться, опять ужасно пить хочется. Хорошо бы сейчас чайку свежего. И душ принять — сразу бы полегчало. Хотя до дома далеко. Но главное — появляться в таком состоянии не следует. А у нее телефон».
Ольга, не получив ответа, напомнила:
— Вы, случаем, не испугались ли моего предложения?
— А собственно, чего мне бояться? У вас телефон. Если что — милицию вызову. Да к тому же, если и чаем напоите — тогда совсем хорошо.
— Будет вам и чай. И телефон.
Ольга жила в двухкомнатной квартире. На третьем этаже высотного дома. Квартира метров за тридцать, со вкусом обставлена. Вот что значит женщина дома. Порядок и чистота. И как-то все располагает к отдыху.
— Снимайте костюм, рубашку и примите душ. А я тем временем займусь чаем.
