Одиночные выстрелы всё ещё были слышны из глубин огромного здания.
Рота, под командованием капитана, ворвалась внутрь рейхсканцелярии. Странная картина предстала перед ними. На полу лежали тела эсэсовцев, в разных предсмертных позах. Все они были убиты – но каким странным образом. В головах трупов виднелись дырки.
– Я не помню, что бы мы так прицельно стреляли.
– Мы вообще не стреляли, – ответил капитан, задумавшись. – Мы вели огонь снаружи, а тела внутри.
– Их добили, свои же, – догадался кто-то из солдат.
Один из солдат подошёл к трупу, наклонившись над ним.
– Капитан!
– Что, есть раненый?
Капитан подошёл ближе.
– Нет, этот тоже мёртв. Но если он немец, то я эскимос.
– С чего ты взял, что… – капитан замолчал. Его внимание привлекло лицо мёртвого эсэсовца. Лицо было необычным для немца. Узкие глаза, широкие скулы. Это было очень красивое лицо азиата.
– Кто он?
– Японец, – предположил пожилой солдат. – Союзник немцев.
– Это не японец, – сказал кто-то из солдат.
– Почему ты так считаешь? – спросил капитан.
– Когда-то до войны к нам в город, я живу в Бурятии, приезжали рабочие из Японии. Они худые, маленькие, разрез глаз более узкий, скулы. – Он задумался, – не такие…
– Широкие, – догадался капитан.
– Совершенно верно.
– Товарищ капитан, – там тела ещё пятерых азиатов. – Вы были правы.
– Насчёт чего?
– Они своих добивают.
– Жестокие, – сказал пожилой солдат.
– Не хотят сдаваться в плен, – предположил капитан. – Что ж, так мы легче пройдём дальше.
Азиаты, облачённые в чёрную эсесовскую форму, вели ожесточённое сопротивление. Они бились до последнего патрона, добивали своих раненных, в плен не сдавались. Они, казались, столь же бесстрашными, сколь преданными своему хозяину. Казалось, что смерть была их командиром, указывая им путь в преисподнюю.
Горы, эти величественные великаны, поднявшиеся над равниной, цепью окружили старинный город, храня его от всех бед огромного мира. Здесь, в уединении, в окружении горных хребтов, укрылся причудливый город, жители которого не знали войн и ненастья. В своём, казалось бы, незамеченным никем существовании, город Лхасу жил своей девственной жизнью. Здесь, на крыше мира, располагалась резиденция регента Тибета Квотухту. Красивейший красно-белый дворец величаво взирал на город, окаймлённый высокими стенами.
Немецкая экспедиция, под руководством штурмбаннфюрера СС Эрнста Шеффера, добралась до резиденции красивейшего древнего строения, напоминавшим замок, к вечеру на закате дня, когда солнце уже скрылось за пиками горных хребтов, озолотив их, словно божественной аурой.
Проводник, родом из Тибета, владеющий немецким языком, перевёл речь монаха, встретившего церемонно экспедицию.
– С регентом вы можете встретиться завтра утром. А сегодня отдыхайте. Вас проведут монахи и расположат в комнатах. Там всё готово для вас.
– Вы с нами будете? – спросил Шеффер проводника. – Я нуждаюсь в переводчике. Мне бы хотелось, чтобы вы…
Монах жестом подозвал проводника и шепнул ему что-то на ухо. Шеффер выждал.
– В этом нет надобности, – ответил, улыбаясь, проводник. – Далай-лама знает немецкий.
Шеффер не показал вида, что удивлён. Он лишь качнул головой, добавив:
– Отлично.
Доктора Бруно Бегера и Эрнста Шеффера расположили в одной комнате, где окна выходили во внутренний двор. За окном была приятная тишина. Тени, спустившиеся с гор, заполняли дворик, укрывая резиденцию Далай-ламы теплым покрывалом сумерек. Вечер был тёплым, во дворе стали зажигаться фонарики, свет которых приятно ложился на древние стены и причудливые внутренние постройки резиденции.
– Да, сами бы мы не окунулись в это хранилище истории, – сказал Шеффер, сидя у окна, наслаждаясь приятной прохладой ночи.
Доктор Бегер распаковывал чемодан, вынимая из него сложенные в несколько раз карты, стопку тетрадей, несколько книг.
– Благодарите вашего покровителя.
– Вы имеете в виду рейхсфюрера Гиммлера? – спросил Шеффер. – Это же он организовал и спонсировал нашу экспедицию.
– Только между нами, Эрнст. Гиммлер мало образован в науках. Его лишь интересуют деньги и власть. И вы – тот, кто ему даст это.
– Нет. Это было бы выше моих сил.
– Что здесь, в бедном городе, вдали от Европы, можно взять, кроме бедности? – спросил Бегер.
– Вот здесь вы ошибаетесь. Гиммлер не так глуп, как вы его считаете. Да, он солдат, и готов отдать жизнь за фюрера и Германию. Он, конечно же, ничего не понимает в науке, но рейсхфюрер политик. Богатство и власть над миром Германии, некогда потерявшей своё могущество, дадут другие. Скорей всего это будут банкиры и солдаты.
– Солдаты? – удивился Бегер, укладывая книги у стенки.
– Да, да, Бруно, солдаты. Но для того, чтобы солдаты имели нерушимый воинский дух, несгибаемую волю, нам с вами предстоит не только найти центр могущества – Шамбалу, как её здесь называют, но и доказать, привести факты того, что есть крыша Мира.
– И мы достигли крыши Мира?
– Да, Бруно. Именно здесь, в Лхасу, где обитает регент Квотухту, находится древний, утерянный центр Мира.
