Дальше скользили молча.
Впереди за поворотом показался домик на перевале. Чернов и Савченко зашли на кухню. Повариха вся красная от жаркой плиты, с засученными рукавами, стряпала. Черноглазая девушка, та, которую в первый день знакомства Аксинья Ивановна пристыдила за грязные халаты, сидела на скамеечке и чистила картофель. Сама Аксинья Ивановна наводила порядок в кладовой, расставляя ящики с табаком, спичками, макаронами.
Савченко помог ей перетащить мешки.
— Как вам тут, Аксинья Ивановна? Не тяжело?
— Что ты, милый! Тяжело! А кому тут легко? Вон бабы с работы на рассвете пришли. Повалились, как мертвые.
Савченко заглянул в соседнюю комнату.
— Это чья же женская бригада — спросил он.
— Да твоей же! Варина!
Керосиновая лампа слабо освещала комнату. Восемь женщин, как были одетые в тулупах, платках, валенках уснули в самых разнообразных позах. Варя лежала на топчане, свернувшись калачиком.
Савченко с нежностью посмотрел на усталое лицо жены. Тяжело тут.
Они осмотрели все помещения, проверили запас продуктов.
Я наверно, вернусь обратно, Владимир Константинович! — сказал Савченко. — Надо
заглянуть на ферму. Посмотреть, что там поделывают наши каменщики. Не дают мне покоя все эти загадочные события. Кажется, что сам в чем-то виноват.
— Подожди, сейчас подойдет трактор. Фатима подвезет.
— С уклона на лыжах я скорее доберусь.
Савченко быстро спустился с перевала. Ферма… он почти забыл о ней. Каменщики находились там уже третьи сутки. А он ни разу не явился к ним. Тоже мне — следователь.
Поднимаясь по тропинке к ферме, он заметил, как из трубы над крышей сторожки поднимался тонкой струйкой сизый дымок.
Проходя мимо длинного общежития и склада, Савченко обратил внимание на кучи кирпича и остатки смерзшегося на морозе цементного раствора. Кирпичная труба над опустевшим общежитием была разобрана, кирпич аккуратно сложен в стопки.
«Работают ребята…» — усмехнулся он и от-крыл дверь сторожки. Его обдало горячим воздухом хорошо натопленной комнаты и запахом кислого молока. За столом сидели Прокопыч и Савелий, на кровати — Джабар. Каменщики завтракали.
— Ну, как тут наши работники, Джабар? Чем занимаются? — поздоровавшись, спросил Савченко.
Сторож степенно поднялся с кровати.
— Работают. Печи переложили. Завтра начнут класть перегородку в складе…
— В материале нехватка, — сказал Прокопыч. — Кирпича маловато.
— Садись завтракать, товарищ парторг, за компанию! — учтиво пригласил сторож.
— Не откажусь. Проголодался.
Савченко присел к столу, налил стакан молока, отломил кусок лепешки. Жена сторожа поставила на стол сковороду с дымящейся солониной. Некоторое время в сторожке царило молчание. Савченко видел по лицам каменщиков, с каким трудом они сдержали желание поскорее расспросить про обвал. Толком они еще ничего не знали. Прокопыч не выдержал.
— Василь Иванович! Как же это случилось?
Лицо Савченко помрачнело. Тяжело было говорить. Савелий уставился немигающим взглядом, у Прокопыча вздрагивала нижняя губа, щетина бородки встопорщилась. Каменщики низко опустили головы.
— Рябцев и Абибулаев… какие ребята… — голос у Прокопыча дрогнул и он проглотил последние слова.
Савелий тоже покривился. Было видно, как этот неуклюжий, огромный человек борется сам с собой, чтобы скрыть свое волнение.
Савченко наклонил голову.
— Вероятно, также и Быков, вторые сутки не появляется, — медленно произнес он. От его глаз не укрылось, что сторож слегка дернулся, когда он назвал фамилию мастера.
— Ай-ай! Какое несчастье… — сочувственно проговорил Джабар.
— Ну, так что же с кирпичом? — резко перебил его Савченко.
— Кирпич надо бы подвезти, — заметил Прокопыч.
— Подвода занята. Обходитесь без нее.
— Значит — точка, — сморщил нос Савелий, — больше работы нету.
Джабар оживился.
— Куда торопиться? Весной закончите. Тогда машины будут. Транспорт будет…
Савченко взглянул сторожу в глаза.
— Тогда каменщиков не будет, Джабар. Надо сейчас закончить работу. Разве на ферме нет кирпича?
— Кирпич есть, — ответил за сторожа Прокопыч, — да только дело это больно затяжное будет. Километрах в трех отсюда старый полуразрушенный подвал есть. Я его еще летом высмотрел. Но снегу возле него намело, — во — сколько! — Каменщик показал себе по грудь
— Возьмем носилки, натаскаем как-нибудь… — охотно согласился Савелий.
— Зачем таскать носилками, — угодливо поглядывая на Савченко, заспешил сторож. — За кубовой стоит стена старого сарая. Мы оттуда кирпич брали на летнюю кухню. Можно разобрать…
— Разобрать… — недовольно пробурчал, умело ведя свою роль, Прокопыч. — Попробуй сам на морозе стену разбирать. Это сколько времени потребуется!
— Ладно, — поднялся Савченко- Разбирайте стену, работайте! Раз надо — так надо.
— Вот правильно, товарищ парторг! — суетился возле Савченко сторож, подавая ему шапку.
Поговорить с каменщиками наедине не удавалось. Сторож увязался за ними по пятам. Савченко начинал уже злиться.
— У тебя, Джабар, брынза хороша! Продай с килограмчик. Жена сейчас на Хатынарте, дома готовить некому…
Сторож ушел.
— Ну? Какие новости? — тихо спросил Савченко.
