На льдине - в неизвестность полностью

О тех, кто первым ступил на неизведанные земли,

О мужественных людях — революционерах,

Кто в мир пришел, чтоб сделать его лучше,

О тех, кто проторил пути в науке и искусстве,

Кто с детства был настойчивым в стремленьях

И беззаветно к цели шел своей.

ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК ВЛКСМ „МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ"1971

Scan AAW

Выпуск 23

ПАПАНИНЦЫ

ДОКУМЕНТАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ

91(98) Б83

Дорогие ребята!

Мне выпало счастье находиться в группе первых советских людей, посланных на покорение Северного полюса. Это было в тридцатых годах.

Если в наши дни советские люди совершают героические подвиги в космосе, то в те годы передний край борьбы человека за завоевание тайн природы проходил в Арктике. Пионеры и школьники тех лет увлекались описаниями рейсов ледокольных судов во льдах Северного Ледовитого океана, смелых полетов полярных летчиков. Они горячо переживали и за нас, ледовых жителей. А потом, став взрослыми, многие из них сами пошли покорять недоступный Север.

Мне хочется пожелать и вам, юным читателям, тем, кто стремится познавать, покорять, переделывать природу, прекрасных смелых дерзаний.

И. Д. ПАПАНИН, доктор географических наук, дважды Герой Советского Союза

Журнал «Коммунист», 1939

В безбрежных просторах Ледовитого океана, далеко от Большой земли, дрейфуют научные городки. Идет научное исследование Центрального Арктического бассейна.

Сотни тонн груза с оборудованием, горючим, продовольствием перебрасывают туда самолеты. На дрейфующих льдинах устанавливают электростанции, радиостанции, собирают щитовые жилые дома.

Многочисленные отряды биологов, гидрологов, метеорологов, геологов, аэрологов, геофизиков, магнитологов ведут непрерывные исследования льдов, океана, атмосферы. На службе у них новейшая техника, сложные механизмы, приборы. Тракторы помогают перебрасывать по снежным застругам тяжелые грузы, расчищают от ледовых завалов посадочные площадки, электробуры сверлят толщу льда, механические лебедки опускают в глубину океана приборы. Поднимаются ввысь радиозонды.

Могуч и недобр Ледовитый океан. Свирепо бросает он на людей сокрушительные ураганные ветры, беспощадно ломает лед. Бывает, что разламывает на части и весь городок. И тогда в трудные авральные часы вертолеты быстро перевозят на другую льдину поставленные на лыжи дома и все имущество городка. А с Большой земли прилетают на выручку самолеты.

Уже работает двадцатая станция «Северный полюс».

А каково было тем, первым, которые пришли в этот ледовый край, когда полюс, Центральная Арктика были беспредельно далеким, совершенно неисследованным «белым пятном»?..

В продолжение девяти месяцев дрейфа станции «Северный полюс» весь мир напряженно следил за работой мужественной четверки.

«…Тысячемильный дрейф с Северного полюса Папанина и его товарищей не был бессмысленным или безрассудным приключением, это была определенная задача, необходимая для завершения великого плана…»

(Лондон, газета «Таймс»)

«…Это достижение — один из самых великолепных подвигов во всей истории полярных исследований».

(Американский полярный исследователь

Ричард Бэрд)

«…Продуманность, широкий размах экспедиции и ее успех — следствие того, что исследователям была обеспечена помощь народа и его правительства».

(Американский полярный летчик Губерт Уилкинс)

«…Исследования папанинцев дадут драгоценные материалы для освоения не только Северного Ледовитого океана, но и других океанов, связанных с ним».

(Стокгольм. Профессор Ханс Альтман)

«…Нет никакого сомнения, что результаты такой зимовки обогатят океанологию и метеорологию».

(Американский ученый Рой Эндрюс)

«…Папанинцы первыми получили возможность провести в полярных районах океанографические исследования, измерить температуру моря и направление морских течений, изучить органическую жизнь, атмосферные условия».

(Директор Пражского радиологического института Фр. Бегоунек)

Скрипучий снег сух и рассыпчат, как песок пустыни. Увязая в нем по колено, четверо в неуклюжих меховых одеждах возятся у палатки. Они уже собрали каркас из легких дюралюминиевых трубок и теперь, поднатужившись, покрикивают:

— А ну, р-разом! — и старательно натягивают чехлы: сначала парусиновый, потом два шелковых, стеганных на гагачьем пуху, и самый верхний — из толстого черного брезента, на котором крупными белыми буквами написано: «СССР. Дрейфующая экспедиция Главсевморпути».

Видимо, этой палатке предстоит какое-то далекое путешествие. Так почему же ее ставят здесь, на заснеженном поле, в двадцати километрах от Москвы?..

— А ну, братки, попробуем поднять.

Невысокий коренастый человек взялся за угол палатки. Темная прядь волос, выбившись из-под ушанки, упала на глаза, удивительно светлые, с голубинкой. Он отмахнул ее рывком головы.

— Взяли!

Большая, похожая на дом палатка, почти в четыре метра длиной и два с половиной шириной, легко оторвалась от снега.

— Дмитрич, она же ничего не весит!