Любая женщина отлично знает: лучший способ вернуть охладевшего мужчину — это вызвать его ревность! Вот и Холли Олдридж собиралась поступить именно таким способом. Кто же подходит на роль нового поклонника лучше, чем Сэм, давний и преданный друг Холли? Одно только ма-аленькое «но»: Сэм НЕ ПОСВЯЩЕН в хитроумный план своей лучшей подруги. К тому же влюблен в нее — тайно, страстно, безнадежно. И теперь перед ним внезапно забрезжила надежда — быть может, игру в любовь удастся превратить в реальность?..
Вечер сулил сказку. Мягкий свет, чарующая музыка и охлажденное вино. Даже погода в Аризоне стояла как по заказу: ранняя летняя гроза громыхала по крыше. В такой вечер, уютно устроившись вдвоем, забываешь обо всем на свете.
Так бы и было, исполнись задуманное Холли Олдридж. Однако все с самого начала пошло кувырком: ее приятель Брэд явился в уютный одноэтажный домик, ругаясь и оставляя на кафельной плитке в коридоре лужицы дождевой воды. Скинув мокрый пиджак и потянув за галстук, он во тьме направился к ней.
— Нет электричества?
— Есть.
— Тогда к чему свечи, Холли? Тут такая темень, хоть глаз выколи, — пожаловался он, раздраженно сорвав галстук.
«Видно, выдался тяжелый день, — подумала Холли. — Надо с ним поласковее». Она взбила диванную подушку.
— Для настроения. Через минуту ты привыкнешь. Иди сюда и садись рядом со мной.
Он подошел и первым делом забросил ее ноги на кофейный столик. Так больше места, да и поза соблазнительнее. Придвинувшись ближе, девушка положила голову на его мокрое плечо.
— Трудный день?
Откинув голову назад и вздохнув, Брэд уставился в потолок.
— Да, можно сказать и так.
— Прости, — тихо промолвила она, чуть приподняв голову и посмотрев на него.
Даже промокший и нахохлившийся, он был красив, словно юный республиканец с глянцевого плаката. Ни один темный волос не выбивался из прически. Ей придется признать: Брэд обращается с гелем для укладки гораздо искуснее, чем она.
Холли не хотелось спрашивать, как прошел у него день, и выслушивать в ответ часовую лекцию о том, что невозможно лечить кучу пациентов, у которых, по выражению Брэда, нет ни капли здравого смысла. По его словам, дела и впрямь обстояли скверно. Вместо этого она прижалась к нему и принялась расстегивать верхнюю пуговицу рубашки.
— Холли.
Вторая пуговица, третья. Он постоянно твердит ей, как ему надоело делать первый шаг. Сегодня все будет иначе. Ее пальцы скользнули ниже и занялись четвертой пуговицей.
— Холли. — На сей раз Брэд так схватил ее за запястья, что, будь у нее свободны руки, она бы надавала ему тумаков. — Позволь мне хоть немного прийти в себя, ладно? День выдался не из легких.
— Как хочешь.
Отпустив ее, он застегнул рубашку. Радостное настроение куда-то исчезло.
— Выпить не желаешь? — спросила Холли, наполнив бокалы розовым вином.
Осушив бокал, он с таким раздражением опустил его на кофейный столик, что зазвенело стекло. Брэд даже не поставил его на поднос, хотя постоянно на этом настаивал. Холли нахмурилась. Или он очень, очень хотел пить, или он в худшем настроении, чем ей кажется. Она плеснула в его бокал еще вина в надежде, что оправдается ее первое предположение. Когда Брэд наконец посмотрел на нее, его взгляд говорил: «Я чертовски серьезен». Холли поняла, что ее чаяниям не суждено сбыться.
— Мне жаль, Холли, — проговорил он, глядя куда угодно, только не на нее. — В самом деле жаль. Но я больше не могу. Ты и я… не получается. По-моему, у нас все наперекосяк.
По спине Холли пробежал холодок. Нет, разумеется, в их отношениях царит лад. Она учла все до последней мелочи: на плите кипит его любимый суп, стереомагнитофон запрограммирован на его любимый диск. Она даже надушилась духами, которые, по уверению продавщицы из «Эсте Лаудер», «неотразимы, милочка». Она бы не зашла так далеко, будь в их отношениях трещина.
— Что ты хочешь сказать? — прерывистым, чужим голосом спросила она. Для твердости духа Холли допила вино и посмотрела на него поверх бокала. В любое мгновение он может выдать какое-нибудь затасканное выражение вроде «мне нужно немного свободы, вот и все», и она, понимающе кивнув, скажет, что со своей стороны тоже об этом подумывала, ну не смешно ли?.. Ха-ха-ха. А затем хватит его по голове бутылкой и пинком выгонит под дождь.
— Мне… — он беспомощно развел руками, стараясь не задеть ее, — мне надо на время уйти, подумать. Мне нужно немного свободы, вот и все.
О Боже!
— Брэд, я… — У нее подрагивала нижняя губа и дергался подбородок. Сил плакать не было. Налив себе вина, Холли проглотила его залпом. — Я… ну не смешно ли?.. только что думала о том же, — хрипло сказала она. Ее словам не хватало убедительности, однако ничего лучшего она придумать не смогла.
Брэд вскочил с дивана.
— Я знал, что ты меня поймешь, — промолвил он и, проходя мимо, взъерошил ей волосы. Вот и нет больше тщательно уложенной пикантной прически.
— Мм… что за очаровательный аромат? — осведомился он бодрым и уверенным тоном.
«Фу ты! — было написано у него на лице. — Слава Богу, с этим покончено!» Брэд не любил сцен.
— Не возражаешь, если я сначала поем? Умираю с голоду.
— Суп на плите, — оцепенело отвечала девушка. — Наливай сам.
— Наливай сам! Ты так ему и сказала: «Валяй, Брэд, наливай сам»? Ну, Холли, ты даешь!
Девушка с несчастным видом рухнула на кухонный диванчик и прислонилась щекой к мягкой желтой обивке.
— Довольно качать головой, Кларисса. Не такую уж я глупость сморозила. Подумаешь, вырвалось, и все тут. Ничего не поделаешь.
— Угу.