– Нуу, ты его знаешь, наверное, – нехотя начала девушка, но я видела, что ей не терпится рассказать мне об этом загадочном незнакомце. – Он, вроде бы, учится с Сашей в одном институте. Они приятели.
Я кивнула. Да, его лицо мне было чем-то знакомо. Наверное, видела его в университете.
– Аринка приглашала всех подряд, ну, мы и столкнулись с ним… В коридоре. Когда я поймала того придурка, Гошу, который пролил на меня колу. Я жутко ругалась, чуть не плакала, да ещё и выпила прилично… В общем, Паша оттащил меня, предотвратив убийство.
– Паша? – я многозначительно приподняла брови. Николь покраснела ещё сильнее.
– Да, Паша… Знаешь, он… Я не могу объяснить. Ну, как будто знаю его всю жизнь. Ничего не могу поделать, всё время думаю о нём… Вот.
Я, не сдержавшись, обняла её.
– Ты не представляешь, как я за тебя рада, – искренне призналась я. – И как он тебе? Умный? Добрый? Самоуверенный?
– Самый лучший! – гордо ответила девушка. – Нет, не самоуверенный, конечно. Просто уверенный. Решительный, смелый. Вот только…
– Что такое?
– Мне кажется, он не любит богатых людей.
Я опешила. Это что ещё за новости?
– А это… Имеет значение?!
– Не знаю, наверное, имеет. Вбил, небось, себе в голову лохматую какой-нибудь стереотип…
– Погоди, а как ты это поняла?
– Он, кажется, ворчал на счёт всей вчерашней вечеринки… Что-то про расточительность, показуху, чёрствость… Ну, я, конечно, поддакивала. Как можно с таким парнем не согласиться?!
Я рассмеялась.
– Ну, и что ты теперь будешь делать? Он, наверное, решил, что ты тоже не слишком богата…
– Вот именно! – воскликнула Николь чуть не плача. – Вот именно! И я ни за что в жизни не признаюсь, что это не так. Он же тогда… Никогда больше…
– Тихо-тихо, – я попыталась быстренько придумать решение, но не смогла. – Давай не будем торопиться. Пока ничего не предпринимай. Не признавайся, но и не отрицай ничего. Веди себя естественно и не спались.
– Ты понимаешь, что говоришь прямо противоположные вещи?
– Кажется, да.
– Тук-тук, – деликатно произнесли за дверью. Можно к вам?
– Да, конечно, заходи, – я улыбнулась стоящему в дверях брату. – Мы тут болтаем. Ой, слушай, Саш, а ты не помнишь, где у нас лежат твои детские фотографии?
Если бы я не знала брата всю свою жизнь, я, наверное, ничего бы и не заметила. Но Тень, пробежавшая по его лицу, честно сказать, меня напугала.
– Понятия не имею, – как же холодно это прозвучало! Я удивлённо смотрела на него, совершенно не понимая, почему он так реагирует на обычный вопрос.
– Саш, что-то?..
– Мне пора, – Саша развернулся и вышел из комнаты. – Папа звонил, я ему нужен дома. Позвони вечером, когда будет время.
– Я позвоню, – ответил ему Рома, появляясь в дверях и быстро и цепко осматривая меня, видимо, на предмет повреждений.
Брат молча и холодно посмотрел на него и спустился. Через пару секунд внизу хлопнула дверь. Мы сидели в тишине ещё некоторое время.
– Что это с ним? – спросила Николь.
– Надеюсь, ничего серьёзного, – обеспокоенно ответила я. – Вы что, поругались?
Рома покачал головой.
– Да нет. Просто поговорили.
– Тогда почему он смотрел на тебя так, как будто мечтает убить? – недоверчиво протянула Николь.
И вот тогда мне стало действительно страшно.
В наступившей тишине я до боли стиснула зубы. Кажется, я уже говорила, что терпеть не могу тишину. Но такую тишину я ненавижу всем сердцем. Тишину, когда что-то случилось, и вот-вот придётся выслушивать обвинения, крики, искать виноватых. Тишину, которая сама по себе только делает ссору больше, значительнее. Никогда не доводите ссоры до тишины, потому что после неё – лишь расставание.
– Так. Ты немедленно все мне рассказываешь, – я требовательно посмотрела на Рому. Он вернул мне точно такой же взгляд. – О чём вы говорили? Почему Саша уехал? Что вообще происходит?
– Как пожелаешь, – парень нагнул голову и прислонился к косяку. – С чего начинать, госпожа следователь?
– Перескажи ваш разговор. Что вы делали, пока нас не было?
– Сначала помыли посуду, потом завалились играть в приставку. Поболтали, я два раза проиграл, посмеялись… Потом ему позвонил твой отец. Ну, он и подхватился. Забежал с вами попрощаться, и, кажется, на что-то обиделся. Мало ли.
– Что-то я не слышала, как вы смеялись, – покачала головой Николь. – Надеюсь, ты говоришь правду.
Я не отрываясь смотрела на Рому. Его лицо было непроницаемым, только глаза глядели вызывающе-насмешливо.
– Ладно. Проехали. Надеюсь, он отойдёт за выходные.
– Никогда не видела его таким, – задумчиво произнесла Николь. – Интересно… Вот, пожалуйста, тихий омут!
Пришлось смеяться. Если честно, эта ситуация продолжала меня беспокоить. Во-первых, странное поведение брата не получалось списать на простую обиду. Саша никогда не обижался. Он мог спорить, но очень мягко, так, что не понятно было, возражает он или соглашается. И это было для него пределом. Добрее человека просто не придумаешь.
