— Как давно? — в голове вихрем крутилось множество вопросов, но задать Агрест смог только этот.
— Пять лет, — облизнув пересохшие губы, ответила Маринетт. — Я узнала, кто ты под маской на следующий день после того, как ты узнал, кто я.
— Но как? — искреннее непонимание читалось в глазах героя без маски. Он был уверен, что его любимая ни разу не видела ни его трансформацию, ни его квами, ни что-либо другое, что хоть как-то могло раскрыть его личность.
— Когда я сказала, что мой секрет узнал парень, в которого я влюблена, ты засиял ярче, чем Париж в рождественскую ночь, — усмехнулась мадам Агрест, предаваясь воспоминаниям. — А на следующий день вы оба… Я имею в виду тебя-Адриана и тебя-Нуара начали напевать то Марсельезу, то марш Мендельсона. При этом, ты умудрялся дико фальшивить, хотя брал уроки музыки.
— Но почему ты не сказала, что знаешь?
— Я надеялась, что ты откроешься мне сам, — вздохнула девушка, смущенно опустив взгляд на пол. — Сначала думала, что ты признаешься после того, как мы начали встречаться. Потом ждала от тебя признания в день свадьбы… Даже придумала, что ответить на шутку о том, что получила не мужа, а Кота в мешке. Но ты продолжал молчать.
— Прости, — чуть слышно произнес Адриан, вновь обнимая супругу. — Я люблю тебя, Маринетт. Больше всего на свете, моя Леди.
— Я знаю, — хмыкнула девушка, обняв мужа в ответ. — Поэтому прошу тебя, Котенок, пообещай, что мы всегда будем доверять друг другу. И что ты не будешь держать все в себе.
— Обещаю. А если я вновь сомуршу ошибку и не пожелаю извлекать из нее урок, то…
— То я обещаю, что лично заставлю тебя лечиться на ней.
Скрепленную поцелуем клятву не смели нарушить ни он, ни она.
С того дня Адриан Агрест стал по-настоящему счастлив.
