- Что вы, сударыня, как я могу?..
- А может, он сам и украл драгоценности? - подо- -зрительно уставилась на него баронесса де Брагелонн.
- Помилуй Господи!
- А что, это вполне возможно, - холодно произнес идальго, его пальцы легли на эфес шпаги, которую он уже успел нацепить с утра, на устах заиграла зловещая улыбка.
Испанец мне сразу не понравился. В нем, по-моему, сошлись худшие черты, которые можно встретить у представителей его народа, - высокомерие, напыщенность, холодная жестокость.
- Уверяю вас, это невозможно! - крикнул хозяин.
- Тогда кто, как не ты?
- Не знаю, - всхлипнул хозяин. - Ума не приложу... Скорее всего это тот постоялец что недавно съехал... Я с первого взгляда понял, что он плут и каналья. Сперва он не мог расплатиться, а тут...
- Что - а тут? - грозно спросила баронесса.
Хозяин понял, что сболтнул лишнее, ведь если вор расплачивался крадеными деньгами, то их придется вернуть.
- А тут взял и уехал, - быстро завершил тираду хозяин.
- А, я помню эту английскую змею, - прошипел идальго, и, надо отметить, в этот момент он сам гораздо больше походил на змею, чем англичанин. - И когда он уехал?
- Рано утром потребовал завтрак, потом посидел вот с этими господами. Хозяин указал на нас. - А затем сел на коня и был таков.
- Нужно послать погоню! - взвизгнула баронесса.
- Поздно. Мы даже не знаем, куда он отправился, - возразил идальго и повернулся к нам. - Уж не сообщники ли это сбежавшего мерзавца?
- Мы видели его первый раз в жизни, - сказал Адепт.
Идальго посмотрел на нас равнодушным взглядом, ясно было, что мы его совершенно не интересуем, и он вряд ли на самом деле считает, что мы соучастники англичанина Он уже собирался отвернуться от нас и вновь приняться за хозяина. И тут вдруг он покачнулся, словно от удара кулаком в грудь, рука его прижалась к сердцу, потом резко рванула ворот камзола Лицо испанца на миг перекосилось, как от зубной боли, потом стало отрешенным. Он закрыл глаза... А когда распахнул их, то в них неожиданно вспыхнули огоньки злобы и ненависти. Его лицо исказилось, и в нем будто проступили чужие черты... Мне стало жутковато от подобной метаморфозы. Явно здесь происходило что-то зловещее.
- Я уверен, это одна шайка! - вдруг прохрипел идальго будто через силу.
- Вы уверены? - с интересом осведомилась баронесса, разглядывая нас, словно диковинных зверей.
- Я уверен! Пусть они отдадут награбленное!
- Ничего глупее я не слышал уже лет тридцать! - возмутился я, чувствуя, как у меня начинают дрожать руки. Мне становилось страшно. Здесь творилось что-то невероятное.
- Их надлежит тут же вздернуть на дереве! - решительным тоном произнес испанец.
- Здесь Франция, сударь, - проронил я, стараясь говорить как можно спокойнее. - И здесь вешают только по решению суда, тем более лиц дворянского сословия, к которому мы принадлежим.
- Ты принадлежишь к собачьему сословию - и я докажу тебе это!
В его руке сверкнула обнаженная шпага, и я прочел на его лице свою смерть.
- Сделай еще шаг, и в твоей башке будет одной дыркой больше, - негромко, но очень четко и решительно произнес Адепт. Щелчок взведенного курка и ствол пистолета, направленного в лицо идальго, говорили о том, что мой спутник не намерен шутить. Испанец не успеет и шагу сделать как свалится замертво.
- Клянусь матерью моей католической церковью - вы заплатите за все! Самые заблудшие еретики, преданные пыткам и сожжению, не позавидуют вашей участи. Да поможет мне в этом Иисус!
- Ну уж нет, негодяй! Не Иисуса, а дьявола ты должен призывать, как и твои полоумные святоши, живьем сжигающие на кострах людей! - не выдержал я.
- Ты не только разбойник, но и богохульник! Сойдитесь же со мной в честном поединке, вы, порождения порочного союза свиньи и дворняжки!
Здесь была какая-то ловушка. И мне не хотелось ввязываться в драку.
- Остановитесь, господа! - воскликнул один из французских офицеров, наблюдавших за скандалом. - Вы, испанец, не имеете никаких оснований обвинять этих людей. Если бы они были сообщниками вора, зачем им было оставаться здесь? Пока что ваши утверждения носят голословный характер.
- Меньше всего я нуждаюсь в ваших советах.
- Вы в них нуждаетесь больше, чем вам кажется, ибо рискуете повстречаться с крупными неприятностями, попирая законы страны, в которой имеете честь находиться.
- Как же!
- Один из наших законов запрещает дуэли. И если вы станете упорствовать, я буду вынужден подвергнуть вас аресту.
- Чушь!
Глаза идальго налились кровью, щека задергалась. Гнев исказил его красивые черты, и сейчас он вовсе не казался привлекательным.
- Ну ладно! - Он нехотя, против воли, вложил шпагу в ножны и обратился к нам: - Еще настанет час, когда я вырву ваши сердца и скормлю их вашим сородичам - грязным бродячим псам!
Он повернулся и вышел.
- По-моему, он не в себе, - вздохнул офицер, глядя ему вслед.
