Имеем ли мы реальное представление о Дальнем Востоке? Каких усилий и трудов стоили первопроходцам первые шаги на землях, заселенных многочисленными, порой воинственными племенами аборигенов? Кто предоставлял им кров и пищу? Как обживали они новые места, воевали, восполняли людские и материальные потери? И каким, наконец, образом определилась граница России на Дальнем Востоке? На эти и другие вопросы отвечает в своей новой книге историк-краевед Павел Шепчугов. Автор раскрывает перед читателем широкую картину героического освоения Сибири, Забайкалья, Дальнего Востока – от первого похода Ермака за Урал до окончания Великой Отечественной войны на Дальнем Востоке.
Сайт издательства www.veche.ru
Нынешний поворот главной политической линии России на Восток, на сотрудничество с Китаем, другими азиатскими странами, – стал ли он следствием «разочарования, обиды на Запад»? Или же евразийство и декларированный Президентом Российской Федерации «Восточный вектор» развития России – объективное продолжение давнего исторического курса нашей страны? Книга Павла Шепчугова – из числа немногих, дающих взвешенный, обоснованный ответ. В ней – поистине эпическая картина 350-летнего русского движения «встречь Солнцу». Неуемные казаки, «своеужинные» охотники за пушниной, крестьяне, монахи, народные правдолюбцы, ищущие «праведного Опоньского царства», составляли этот великий поток, дошедший до Океана, Аляски, Калифорнии.
Лучшие из российских государственных мужей всемерно поддерживали это всенародное движение. Средние, заурядные – забывали о нем, худшие – случалось и препятствовали.
Книга «На острие Восточного вектора» – одна из первых современных попыток дать широкую картину русского освоения, обживания Забайкалья и Дальнего Востока. История походов Ермака, в общем, хорошо уже известна, описана, не раз экранизирована. Но чем дальше на восток проникала стрела Восточного вектора России, тем меньше фактов, подробностей жизни, исторических имен оставило это движение с точки зрения включенности в литературу, общероссийскую духовную жизнь.
Валентин Григорьевич Распутин не раз говорил мне, что очень жалеет, что не довелось ему съездить на Дальний Восток. Не менее об этом жалеют и все читатели его капитальной книги «Сибирь, Сибирь…» (две Государственных премии): там грандиозная картина российского освоения Сибири географически и хронологически не захватывает самого последнего этапа великого пути – дальневосточного. Словно наш классик оставил последующим писателям, историкам наказ подробнее рассказать про то, как стрела этого «Восточного вектора», стартовавшая еще с берегов Камы, пересекшая Урал, Западную, Восточную Сибирь – уткнулась наконечником в берег Великого (Тихого) океана.
И так вышло, что именно Валентин Распутин познакомил меня с дальневосточными писателями Вячеславом Сукачевым (многолетним редактором журнала «Дальний Восток») и автором этой книги – Павлом Ивановичем Шепчуговым. Сказал: «Есть в Приморье такой удивительный писатель, поэт, историк, краевед. Работал когда-то в Забайкальской милиции, потом – директор совхоза, поднятого им “с колен”. Теперь живет в Находке, автор 20 интересных историко-документальных и поэтических книг. Работает адвокатом и все средства вкладывает в свою библиотеку, собрал уже более 85 000 томов!»
Я в то время гостил у Распутина в Иркутске, выступал на его знаменитых Днях культуры «Сияние России», собираясь проехать дальше, в Приморье. Его рекомендация очень мне пригодилась, и через несколько недель я мог убедиться в верности слов Валентина Григорьевича.
Итак, Павел Иванович Шепчугов. Место рождения: рудник Вершино-Шахтаминский Шелопугинского района Читинской области (Забайкальский край). Работал на руднике, в 1966 году по комсомольской путевке направлен на работу в органы милиции. Прошел от рядового, участкового инспектора до замначальника райотдела милиции по оперативно-разыскной работе. После службы в милиции работал директором совхоза. В общем, жизнь Забайкалья он узнал со многих сторон. Но, по счастью для моей родной Находки, в 1989 году Шепчугов переезжает сюда, работает адвокатом.
Адвокатские гонорары он вкладывает в книги – это легко заметить и по его дому: спальня, кухня и семь больших комнат – сплошь стеллажи до потолка, протискиваться надо боком.
– 87 000 книг! Это ж настоящая библиотека!
– Так это и будет библиотека.
И Павел Иванович поделился жизненным планом: пристроить еще пару залов, открыть отдельный вход с улицы и учредить бесплатную библиотеку. А потом… (имелось в виду то «потом», что у нас произносится с легким заведением глаз) – оставить её городу Находке.
Слава о шепчуговском собрании летит по Дальнему Востоку; случалось, пожилые люди, уходившие из жизни без наследников, или опасавшиеся, что
