Началась драка, трое на одного. Я понимала, что исход известен заранее, как бы не выглядел мужественно Кир, ему грозила опасность, как и мне самой. Нужно было, что то делать, как то помочь Кириллу. Хотя дрался он отменно, четко поставленные удары, никаких лишних движений. С одного удара, он вывел из драки самого мелкого, тот упал рядом со мной, и глухо стонал. Двое других были крупнее, но Кир ловко отражал их удары и наносил ответные. Он, сильным ударом ноги, откинул на пару метров от себя самого крупного, но тут очнулся первый выбывший из драки, вытащив нож, он встал и начал подкрадываться к Киру со спины. Я стряхнула свое оцепенение, стараясь не издать ни звука, наклонилась к сумочке, лежащей на земле. Мелкий уже занес нож для удара, не видящего его Кира. Но я уже вытащила шокер, и ударила им парня, как раз в тот момент, когда он занес руку с ножом для удара. Парень дернулся, и лишь оцарапав руку Кирилла, упал. Все трое нападавших, лежали на земле. Кир подошел ко мне вплотную, тяжело дыша, он взял мое лицо в свои ладони.
-Ты в порядке, тебя не задели?
А я лишь смотрела в эти серые глаза, видя в них бесконечное беспокойство и еще что-то, непонятное для меня, и просто тонула в их глубине.
-Юля, Юль, Юленька, ты меня слышишь? – тихо спросил Кир.
-Спасибо Кир, - так же тихо ответила я, - и да, я испугалась, но за тебя больше, чем за себя. Эти слова были правдой, неожиданной для меня самой, и, похоже, для Кира тоже.
Он аккуратно обнял меня, и прошептал мне в макушку: «Глупенькая, ничего бы со мной не случилось». Так, обняв меня за плечо, мы дошли до дома. И я не испытывала от этих объятий никаких отрицательных эмоций, даже наоборот, мне было приятно и комфортно. Придя домой, я увидела, что костяшки на пальцах Кирилла сбиты, а из пореза сочится кровь.
-Сядь на диван, я обработаю раны, - хриплым голосом скомандовала я. Что голос, что тело, плохо поддавались мне, живя, своей жизнью. Я постаралась синхронизировать работу мозга и движения тела.
Кирилл сел на диван, а я устроилась на полу у его ног. Я осторожно обрабатывала перекисью водорода порезы и ссадины, но они почему-то расплывались. И только когда слеза с моей щеки упала на руку Кириллу, я поняла, что плачу, вот все и плывет.
-У тебя футболка кровью запачкана, - всхлипнула я. Он резким движением стянул с себя футболку, и опустился на ковер рядом со мной. Я не могла понять, какие эмоции испытывает Кир, но их явно много, и они каруселью отражаются на его лице.
-Не плачь Юль, все хорошо. Просто организм так запоздало реагирует на стрессовую ситуацию, это нормально, - успокаивал меня Кир.
-Ничего не хорошо, это никогда не кончится, это всегда будет со мной происходить, - тихо, подобно бреду, шептала я.
-Что не кончится, о чем ты? – не понимал он.
-Не важно,- смотрела я на сильную мускулистую грудь парня, на его правильное лицо. Взъерошенные темные волосы, широкий лоб, красивые серые глаза, пропорциональный нос с небольшой горбинкой, свидетельствовавшей о давнем переломе, влажные пухлые губы. Мне вдруг, так сильно захотелось его поцеловать, мне не хотелось кого- либо целовать уже полтора года, а сейчас я ощутила это желание. Нужно отвлечься чем - нибудь, срочно. Интересно, а он когда – нибудь бил или обижал девушек или просто того, кто слабее его. У него очень доброжелательное лицо и хорошие манеры, но ведь и Чикатило со стороны смотрелся милым очкариком.
-Пошли покурим,- отодвигаясь от него подальше сказала я. Он ничего не сказал, просто молча пошел следом на балкон. Курили мы в тишине, я смотрела на небо, он на меня. Так больше не проронив ни слова, мы разошлись по комнатам.
Я долго лежала без сна, анализируя свои желания и чувства по отношению к Кириллу. Он мне нравится, глупо отрицать очевидный факт. И я ему тоже нравлюсь, я чувствую. Но это ничего не меняет, между нами не может быть ничего, ровным счетом ничего. Он ничего обо мне не знает, а я никогда не смогу рассказать. Ему нужны здоровые отношения с девушкой, адекватной девушкой, я не смогу дать ему их. Я одна сплошная проблема.
Интересно, почему именно ночь мы думаем обо всем подряд? Складывается ощущение, что некоторые мысли нам просто стыдно озвучить даже в своей голове, при свете дня. А ночь вроде не так страшно, можно думать, фантазировать, планировать, создавать иллюзию в своей голове. Быть тем, кем при свете солнца ты не можешь или не хочешь.
Кир.
