— Возможно я что-то сказала, — бормочу я. Когда я взглянула на него, он внимательно смотрел теплым взглядом, и на один неосторожный момент он выглядел… довольным. Он опустил взгляд, покачал головой, и выражение его лица меняется.
— Она лишь реагирует на мое лицо. — Говорит он неопределенно резко, даже раздраженно.
Ох, Пятьдесят, нет!
— Что? — Он смущен моим озадаченным выражением. Его глаза становятся широкими от тревоги. — Ты не ревнуешь, не так ли? — Спрашивает он, в ужасе.
Я покраснела и сглотнула, затем посмотрела на свои спутанные пальцы. Я?
— Ана, она — сексуальная хищница. Совсем не мой типаж. Как ты можешь ревновать к ней? К любой другой? Ничто в ней не интересует меня. — Когда я подняла на него взгляд, он удивленно смотрел на меня, словно я отрастила придаточную конечность. Он провел рукой по волосам. — Только ты, Ана, — говорит он спокойно. — Всегда будешь, только ты.
О боже. Меняя еще раз планы, Кристиан двигается навстречу ко мне и сжимает мой подбородок между большим и указательным пальцами.
— Как ты можешь думать иначе? Я разве когда-либо давал тебе повод думать, что я могу даже отдаленно интересоваться кем-либо еще? — Его глаза сверкают, в то время как он пристально смотрит в мои.
— Нет, — шепчу я. — Я была глупой. Только сегодня… ты… — Все мои противоречивые чувства снова всплывают. Как я могу рассказать ему, что совсем запуталась. Меня запутало и расстроило его поведение в моем офисе. В первую минуту он хочет, чтобы я сидела дома, а в другую дарит мне компанию. И чего я должна придерживаться?
— А как насчет меня?
— Ох, Кристиан, — моя нижняя губа задрожала — Я пытаюсь приспособиться к новой жизни, которую себе даже не представляла. Мне все преподнесли на тарелочке — работу, тебя, моего прекрасного мужа. Я никогда не знала, что полюблю этот путь, это тяжело, быстро, это… незабываемо. — Я делаю глубокий уравновешивающий вздох, в то время, как он разевает рот.
— Но ты, как грузовой поезд, и я не хочу быть под давлением, потому что девушка в которую ты влюбился — будет раздавлена. И что останется? Все, что останется — это праздные светские засвечивания, порхание с одного благотворительного мероприятия на другое. — Я снова делаю паузу, стараясь изо всех сил найти слова выражающие мои чувства. — А сейчас ты хочешь чтобы я стала генеральным директором компании, что никогда не было даже в моих целях. Я мечусь между всеми этими замыслами, отбиваясь. Ты хочешь, чтобы я сидела дома. Ты хочешь чтобы я управляла компанией. Это сбивает с толку. — Я замолчала под угрозой слез, и с трудом сдерживаю рыдания. — Ты должен позволить мне принимать собственные решения, рисковать, делать собственные ошибки и позволить мне учиться на них. Я должна научиться ходить, прежде чем я смогу бегать. Кристиан, видишь ли, я хочу немного независимости. Это то, что мое имя значит для меня. — Наконец, я сказала то, что хотела сказать днем.
— Ты чувствуешь себя под давлением? — шепчет он.
Я киваю.
Он закрыл глаза и запустил руки в волосы.
— Я просто хочу дать тебе весь мир, Ана, все что ты пожелаешь. И защитить тебя от всего. Следить за твоей безопасностью. Но я хочу чтобы все знали, что ты — моя. Я запаниковал сегодня, когда получил твое письмо. Почему ты не сказала мне о имени?
Я покраснела. Он прав.
— Я только думала об этом, когда мы были на медовом месяце и, да, я не хотела разрушать наше единение, и забыла об этом. Я только вчера вечером вспомнила. А потом Джек… ты знаешь, это отвлекло. Мне жаль, я должна была сказать тебе, или обсудить это с тобой, но я не смогла найти подходящее время.
Пристальный взгляд Кристиана лишает мужества. Это похоже на то, что он хочет проникнуть в мою голову, но он ничего не говорит.
— Почему ты паникуешь? — Спрашиваю я.
— Я просто не хочу, что бы ты проскользнула у меня сквозь пальцы.
— Ради Бога, я никуда не уеду. Когда ты это поймешь через твой невероятно толстый череп? Я. Люблю. Тебя. — Я машу рукой в воздухе, как он иногда делает, чтобы подчеркнуть мою точку зрения. — Более чем, пространства и свободы.
Его глаза округлились. — «Дочь любви»? — Он дарит мне ироничную улыбку.
— Нет, — смеюсь я, несмотря на себе. — Это только цитата, что пришло в голову.
— Сумасшедший Король Лир?
— Дорогой, безумный король Лир. — Я глажу его лицо и он наклоняется к моим прикосновениям, закрывает глаза. — Ты бы изменил свое имя на «Кристиан Стил», чтобы все знали, что ты — моя собственность?
Кристиан распахивает глаза и смотрит на меня так, будто я сказала, что мир плоский. Он нахмурился.
— Твоя собственность? — произносит он, смакуя слова.
— Моя.
— Твой, — говорит он, повторяя слова, которые мы произносили только вчера в игровой. — Да, я сделал бы так. Если это так много значит для тебя.
О, боже.
— Это так много значит для тебя?
— Да. — Он недвусмыслен.
— Хорошо.
Я сделаю это для него. Дам ему уверенность, в которой он нуждается.
— Я думал, ты уже на это согласилась.
— Да, но сейчас мы продолжили обсуждение, и я рада своему решению.
