Арк попытался пошевелить пальцами, чтобы чарами разрушить веревки, но в результате только поморщился от боли. Руки не слушались. Гирон подозревал, что среди проникших так нагло в его владения есть маг, и велел связать всех как следует, чтобы не могли делать пассы и колдовать. У Анколя те же проблемы. Он ничего не может сделать чтобы помочь хотя бы своей женщине. А у нее сил гораздо меньше, чем у магов-мужчин.
Арк поерзал на месте, устраиваясь поудобнее. Остается только ждать, вряд ли господин Гирон откажется посмотреть на добычу своих людей. Да и Арку хотелось взглянуть на наглеца, рискнувшего заявить права на его младшую родственницу. Он не знает этого типа, но уже терпеть не может.
В бездействии прошло еще часа четыре. Ася все так же тихо спала, Анколь извиваясь, как червяк, дополз до Мины и устроил свою голову на бедре женщины, у который обморок перешел в оздоровительный сон, и сам задремал. Заснули солдаты, Мир, Морон с Керленом... Арк тоже подремывал, время от времени вздрагивая и поднимая голову, но затем снова роняя ее на грудь.
Разбудили его шаги и лязг железа за дверью, затем бренчание связки ключей... Но дверь не распахнулась, вместо этого открылось маленькое зарешеченное окошко и в нем показался любопытный глаз, внимательно оглядел всю компанию и исчез. Окошко закрылась, шаги стихли вдалеке. Арк, который уже приготовился будить Асю, снова свесил голову на грудь. Но Ася проснулась сама. Открыла мутные глаза и спросила:
- Арк. где мы?
- Милая, господин Гирон поймал нас и посадил в тюрьму.
- В какую тюрьму, что ты несешь?
- Ну, не в тюрьму, а в каземат в подвале собственного дома. Особой разницы не вижу.
Глаза открылись полностью и стали ясными, как будто его любимая умылась. Ася попыталась сесть и тут поняла, что связана. Оглядевшись, девушка поняла, что веревки стягивали всех в этом каземате. Это ее разозлило.
- Проклятье, как же так?!
Арк вытаращил глаза: все веревки, сколько их было в этой комнате, покинули свои места, сползлись к двери и начали завязываться между собой в узлы. Естественно, руки его тут же освободились, и он тихонько взвыл от боли: восстанавливающаяся циркуляция крови оказалась похуже любой пытки. Громче или тише все вокруг начали стонать и кряхтеть. Лучше всех перенесли это издевательства те, кого слабее всего связали: та же Ася и Мина как женщины, и Роджер, которого не стали связывать вовсе, полагая, что он и так скорее всего помрет. От боли в конечностях пришли в себя или проснулись все, кроме бога смерти, который как спал, так и продолжал спать, не ведая, в какой переплет все попали.
Веревки тем временем превратились в подобие коврика или занавески и намертво прилипли к двери. Первым этим заинтересовался Анколь:
- Ася, это что? Там, на двери?
Та с гордостью ответила:
- Это? Макраме. У нас так называется техника плетения из веревок с помощью узлов. Мне всегда нравилось. Правда, красиво получилось? На ваших руках и ногах они гораздо хуже смотрелись.
Внезапно Мир откинул голову назад и хрипло рассмеялся.
- Этот господин Гирон пожалеет, что связался.
- Правильно, Мир. Я тоже так думаю. Только знаешь что?
Ася обвела взглядом всех присутствующих.
- Делаем пока вид, что ничего не изменилось. Пусть пребывает в приятной уверенности, что у него все получилось.
Тут засмеялся Морон.
- Помню байку про барона Кандала. Да и короля нашего Саргола забыть не могу. Ася, рога? А что еще? Все мечтал увидеть тебя в действии.
- Не знаю, как уж вдохновение подскажет. Но про рога это Вы мне хорошо напомнили. Надеюсь, господин Гирон лишен магических талантов?
- По крайней мере мне об этом ничего не известно, авторитетно заметил Анколь, - Был бы магом — Совет бы о нем знал. Мы даже про Ферсинела имели информацию, хоть и без подробностей. Так что, думаю, у него максимум есть пара амулетов, да и те не очень сильные.
Брови Аси взлетели вверх:
- Почему не очень сильные? А на сильные у него что, денег не хватит? Он вроде богатый.
Анколь вздохнул огорченно:
- Ася, я тебе, кажется, это объяснял. На сильные амулеты нужны свои собственные магические силы, иначе это очень опасно.
- Не объяснял ты мне ничего такого, но я вспомнила! Мне про это Теан рассказывал. Так, значит, у него ничего против меня нет?
Вдруг Ася повернулась к спящему богу смерти и окликнула его:
- Эй, Родж, просыпайся! Повеселимся!
Тот проснулся, сел и завертел головой:
- А?! Где?! Что?! Ася, где мы?
- В темнице, дорогой, в темнице. Сейчас сюда придет один урод и станет голову морочить, чего-то из-под нас хотеть. Ты как?
- Я бы позавтракал, - с достоинством произнес иномирец.
Ася начала смеяться, за ней все зафыркали, прикрываясь кто чем: запрет на публичный смех еще крепко сидел в сознании.
- Ой, не могу! Тут таких, которые позавтракали бы, тринадцать на дюжину. Я бы тоже не оказалась. Даю вводные: надо этого урода для начала раскрутить на завтрак, а потом на обед, ужин и все остальное.
Роджер не на шутку задумался, а затем серьезно изрек:
