Утром не сразу смогла оторвать голову от подушки. В этом мне помогла Вита, требующая от меня свою законную прогулку.
Мы немного погуляли, погрелись в лучах яркого солнышка. Потом я пробежалась по магазинам и к обеду повела Виту в ветеринарную клинику.
После всего того, что мы пережили, пока я училась быть собачником, врачи в клинике стали мне практически родственниками. Здесь, я чувствовала себя, как дома, и даже иногда помогала при необходимости. Придержать кого-нибудь, подать что-нибудь и так далее.
Особенно хорошо мы задружили с Яной. Это была девушка немного старше меня, но я ее считала врачом от бога. Людей, которые находятся в своей стихии, видно сразу. Яна точно была на своём месте и каждый день спасала жизни наших четвероногих друзей.
Пока сливали кровь, мы с Яной без конца болтали и смеялись. Вита уже, как солдат, стойко переносила эту не самую приятную процедуру. Даже когда заветный пакетик был набран, мы с Яной никак не могли распрощаться. Пока я не услышала до боли знакомый и натужный от неизвестных мне пока усилий голос.
Валерия
— Простите, извините, дайте пройти, аккуратно, мы истекаем кровью… — кряхтел Кирилл.
Яна подобралась и мы обе устремили взволнованные взгляды ко входу в помещение. Сначала я увидела растопыренные, измазанные в крови лапы Зевса, подхваченного сильными руками Кирилла подмышками, а затем и самого Кирилла, немного скрытого за могучим черным телом.
Он был взволнован, но не паниковал. А когда мы встретились взглядами, на секунду замер. Мне даже показалось, что он рад меня видеть. Но потом началась суета.
— Я могу закрыть Виту в стационаре и помочь тебе, — сказала я Яне. — Я знаю эту собаку, — и хозяина, подумала я, но не стала уточнять.
Яна кивнула. Другие врачи были заняты, а с такой крупной собакой не всегда легко справиться. К тому же хозяева иногда только мешают. Я быстро увела Виту, чтобы она не будоражила своего любимого кавалера, и нам было легче ему помочь. Когда вернулась, Кирилл рассказывал, что произошло, а Яна промывала раны. Зевс порезал обе передние лапы скорее всего битым стеклом. И если на одной лапе порез был не критичный, то на другой — очень глубокий.
— Как ты так умудрился? — тихо бормотала я Зевсу. — Бог мой, а ты немного схуднул, — удивилась я, поглаживая его по бочине. — Красавчик.
— Ну он как раз к этому усилий не прилагал, — подключился к моему монологу Кирилл. — А вот мне не просто сдерживать его аппетит.
— Напрашиваешься на комплименты? — съязвила я. — Так это ты и раскормил его, как поросёнка.
— Ошибся по незнанию, — сквозь стиснутые зубы прошипел он.
— Кормление — это основное, что нужно было изучить перед приобретением собаки, — продолжала я поливать мужчину ядом, сама не понимая, откуда он брался.
Я ведь тоже совершила немало ошибок, пока Вита росла. Головой это всё понимала, но остановиться не могла. Едкие слова сами лились из моего рта, как из рога изобилия.
— Лер, придержи лапу, — вклинилась в нашу перепалку Яна. — Эту подушечку придется зашить, — растроенно выдохнула она.
Я уже знала, что подушечки на лапах шьют крайне редко, потому что вероятность разрыва швов велика и тогда будет только хуже. Но если всё обойдётся, так рана заживет гораздо быстрее и лучше.
Больше мы не разговаривали. Не до этого было. Но пару раз я ловила на себе тяжелый взгляд Кирилла. Так не смотрят на девушку, которая нравится. Больше похоже на ненависть и презрение. Браво, Валерия. Это фиаско. Какому нормальному человеку понравилось бы такое отношение к себе? Мне бы точно не понравилось. Хотя Кирилл тоже не сахар.
Закончив все манипуляции, Яна развернулась к компьютеру и открыла базу данных.
— Сейчас всё запишем, и я Вам расскажу, что делать дальше, — сказала она задумчиво нажимая по клавишам. — Вы ранее у нас были?
— Нет. Точнее не знаю… — удивил нас обеих Кирилл.
— В смысле, не знаете? — непонимающе уставились мы на него.
— Это не моя собака.
— Ты что его украл? — предположила я несусветную глупость.
— Хозяйка Зевса умерла в прошлом месяце, — выдохнул Кирилл, явно не желая это рассказывать. — Пса никто из родственников забирать не стал, поэтому я взял его себе.
Мой мир перевернулся с ног на голову. От удивления я раскрыла рот и не могла произнести ни слова, что наверняка радовало Кирилла. А когда я сложила весь пазл в своей голове, меня затопило чувством вины. Я ведь постоянно упрекала его в неумении обращаться с собакой, а выходило, что… Кирилл спас Зевса. Господи, какая же я дура! Обвиняла его в некчёмности, а он наоборот с первых дней старался, как мог. Почему он сразу не сказал? Как же мне стало стыдно.
— Давайте попробуем найти его в базе по кличке. Зевс, правильно? — спросила Яна.
— Да.
— Так. Есть такой. Владелец Венера Митрофановна.
— Да, но она умерла.
— Я поняла. Могу записать Ваши данные?
— Конечно, — сразу согласился он. — Кирилл Александрович Боженов.
— Да вы созданы друг для друга, — не смогла удержаться я, но сказала это без яда в голосе.