— Когда они в последний раз ели? — спросила я у Юлии, не отрывая горящего взгляда от щенков, выискивающих на траве вокруг еду, которая разлетелась от их чрезмерного напора и активности.
— Четыре часа назад, — невозмутимо ответила она, глянув на наручные часы.
— Четыре часа? — мои брови поползли вверх. — Не дня? Часа? — не унималась я, хотя округлость плюшевых животиков не предполагала такого изнурительного голода.
На что Юлия рассмеялась. Ее теплый, немного уставший, но безусловно любящий всех этих обормотов, взгляд неотрывно следил за каждым малышом. Щенки же начали изучать территорию, поочерёдно присаживаясь, чтобы сходить в туалет.
— У лабрадоров отменный аппетит, — пояснила она, собирая в пакет маленькие кучки. — А у щенков — тем более.
— Я никак не могу их сосчитать, — крутила я головой в тщетной попытке справиться с этим вопросом самой.
— Их шесть, но было девять. Потихоньку начинают разъезжаться по своим новым домам, — рассказывала Юлия. — Свободных всего трое: вот эти две девчули, — она взяла в руки двух неугомонных щенков. — И тот паренёк, — указала подбородком на малыша, который важно пробегал мимо других с мягкой игрушкой в зубах, явно провоцируя собратьев на игру.
— Я на фотографии влюбилась в одного щенка, — начала я.
И тут произошло дежавю. Одна из девочек, еле сдерживаемых Юлией, вонзилась острыми зубками в ухо сестрицы. Что-то в моей груди ёкнуло. Сердце рвалось наружу, а по телу побежали мурашки.
— Это она! — воскликнула я, будто отыскала клад. — Мне нужна она!
— Вы уверены, — скептически изогнула бровь Юлия?
— Абсолютно точно! — активно закивала головой я. — Как ее зовут?
— Вита. Vitamin for life по документам.
Разве такое возможно? Это не просто знак свыше. Это судьба. Витаминка для жизни. Да она мне нужна сильнее, чем воздух! Именно она! Только она!
— У этой особы не самый комфортный темперамент, — сквозь шум в ушах пробивался голос Юлии. — Вам, как человеку, у которого нет опыта владения собакой, будет сложно с ней. Присмотритесь вот к этой девочке. Она гораздо спокойнее и мягче, чем…
— Нет, — оборвала я поток ее слов, не замечая, что шнурки от моих кед стали объектом игры для других щенков. — Мне нужна именно эта.
Юлия долго всматривалась в мои горящие глаза, направленные лишь на одного щенка. Безвозвратно влюбленные, околдованные, утонувшие в бездне нахлынувших чувств. Видимо она что-то поняла, потому что, коротко кивнув, Юлия мягко улыбнулась и, поставив на землю другого щенка, протянула мне в руки Виту.
Я окончательно пропала, когда ее не в меру активный язычок облизал всё моё лицо, а острые зубки вцепились в волосы, играя с ними и превращая меня в пугало. Но разве это могло меня сейчас волновать? Я тонула в счастье, радости и восторге, не понимая, как дожила до двадцати трех лет без нее.
От обрушевшихся эмоций я расплакалась. Захлюпала носом, прижимая Виту к себе, пытаясь удержать этот сгусток энергии. Это было на самом деле не так просто, но мне казалось, что если я ее сейчас отпущу, то всё закончится, и в мою жизнь снова вернется боль и отчаяние.
Юлия терпеливо ждала, когда мы закончим этот сеанс объятий и поцелуев и в итоге мягко предложила дать шкоде нарезвиться, а нам обсудить нюансы. Я нехотя опустила своё сокровище на землю, а та мигом понеслась отбирать игрушки у братьев и сестёр. Боже, на это можно было смотреть вечно, забывая о всех проблемах и заботах.
Позже я познакомилась и с мамой малышей. Она, как и Вита, облизала меня всю, принесла мне любимые игрушки и смотрела на меня так, будто мы знакомы целую жизнь. Но это было ничто в сравнении с тем, каким был ее взгляд, направленный на Юлию. Полный обожания, всеподчинения и преданности. Мне стало интересно, смогу ли я стать центром Вселенной для Виты.
Папа щенков жил в другом городе, чего я сначала не понимала. Ведь наверняка в нашем городе или хотя бы области были кобели этой породы. Уже потом, постепенно изучая этот сложный и многогранный мир собаководства, я смогла понять для чего все эти сложности. И не только эти, как выяснилось.
Моя жизнь претерпела такие кардинальные изменения, что мне казалось, я стала совсем другим человеком. Изменился круг общения, привычки, увлечения. Но всё это безумно мне нравилось, хоть не обошлось и без трудностей.
Даже под неусыпным контролем заводчика, я всё равно соврешала множество ошибок. По глупости дала кость погрызть, чтобы Вита «зубки почистила». Закончилось всё непроходимостью в кишечнике и развлечением под Новый год с поездками по ветеринарным клиникам, ренгеном с контрастом и тонной моих нервов и переживаний. Слава богу обошлось без операции, осколок косточки вышел сам, а я никогда в жизни так не радовалась дефикации.
Потом я по глупости начала гулять с собачниками, которые болтали между собой, пока их собачки играют друг с другом и делают всё, что им вздумается.
— Лера, ты собаку для чего брала? — как маленькую меня отсчитывала Юля, когда я ей пожаловалась на неуправляемость Виты.
— Ну как? - не понимала я. — Для себя. Чтобы рядом со мной всегда был верный друг.