Я — киллер. Он- моя новая цель. Для заказчика главное, чтобы всё прошло тихо, без лишнего шума. И неуловимая Церера- лучший кандидат для этой миссии. Но, не всё продвигается гладко. Нужно попасть в его окружение… Втереться в доверие… Главное, самой не попасться в собственные сети, раз уж мужчина, которого я должна убить- такой идеальный!
Церера
— Двенадцатое марта, семь часов тридцать две минуты. Утро туманное, видимость слабая. Объект покидает Роял Тауер, в сопровождении охраны. "Лис" рядом, не отходит ни на шаг. Как обычно… Они садятся в серый Ламборгини. Объект пропадает с поля зрения… — зажимаю кнопку на диктофоне. Отбой.
Поднимаюсь с зоны своего укрытия. С крыши небоскреба открывается изумительный вид… Прохладный весенний ветер на такой высоте кажется особенно стремительным. Очередное дуновение обдает тело свежестью, волосы вздымаются в такт, танцуя под его игру. Металл рукояти пистолета, жаркий от тепла ладоней, меняет температуру, и холодок растекается по всей кисти, словно напоминая о равнодушии смертоносного сплава… Действительно, миг назад он был неотъемлемой частью меня самой, но, по воле любых обстоятельств, может обернуться против своего владельца… В моем деле очень важно об этом помнить, потому благодарно прикрываю глаза, выражая почтение сильным порывам, и прячу оружие под кожаной курткой…
Завибрировал телефон… Сколько лет от него исходит лишь еле слышное жужжание? Когда-то я любила ставить на звонок любимые треки, но это осталось в таком далёком прошлом… С тех пор прошла целая жизнь, и в этой, новой жизни, я должна была стать невидимкой. Ни шаги, ни дыхание, ни движение — ничего этого нет! Для окружающих Церера — призрак, тогда как прежняя задорная девчонка, давно покинувшая этот мир, любила быть в центре внимания, в гуще событий, любила, но, это, кажется, просто забылось… Навсегда…
Достаю телефон, спускаю с губ черную маску. Маску хамелеона, скрывающую мою суть от всего мира. Зажимаю входящий…
— Церера… Как прошло?
— Безрезультатно. Он скрылся, в радиусе двух метров со всех сторон окружённый телохранителями. Мне жаль…
— Чёрт! Какого дьявола парень под круглосуточной защитой? Неужели нет совершенно никакой возможности?!
— Вы меня знаете. Если бы возможность была — задание было бы исполнено ещё в начале прошлого месяца. Но, если сомневаетесь во мне…
— Нет, Церера. В тебе я не сомневаюсь. По крайней мере пока-что. Твой послужной список слишком внушительный, чтобы из-за одной затянутой миссии забыть, какая искусная ты убийца…
Сжимаю смартфон в руке так крепко, что ощущаю скрип на грани хруста. Ненавижу… Ненавижу, когда меня называют убийцей! Хоть и знаю, что это правда… Просто, у меня ведь нет выбора?!
— Возвращайся на базу. У Мира есть план….
— Слушаюсь.
Отключаюсь. Ещё раз, напоследок, всматриваюсь в синюю гладь небес, обьявшую крыши многочисленных новостроек. В каждой из них живут люди… Тысячи, миллионы… Они ходят, живут, дышат, учатся, работают, знакомятся, влюбляются, растят детей… Они берут то, что считают необходимым, их много… И есть среди всего этого муравейника одна Я. Которой высшие силы не отвели банального человеческого счастья. Я отнимаю эти жизни. Тогда, когда прикажут… Имею ли я право после этого смотреть в то же самое небо, что и они?
Беззвучно разбегаюсь, прыгаю над нескончаемой пропастью, рассекающей высотки. Это моя скорость… Это мой полёт… Ощущения нечеловеческие… Летать я не устану никогда, даже если это — избытки такой ненавистной работы. Оттуда, с поля зрения прохожих, сейчас я просто черная точка… Почти незримая, быстрая, как птица. Вот только я не птица, а ангел смерти. И тот единственный раз, когда я буду лететь по-настоящему, будет падением черной души в пылающие створки ада…
Иначе быть не может… Чертовке чёртова смерть. Но, если мне суждено сгорать дотла снова и снова, я хотя бы буду знать, что самый родной человек на земле останется жить. Таким же невинным, добрым, замечательным. Он будет жить за нас двоих! За это мне не жалко ничего…
Церера
Заброшенный склад, ставший убежищем отбросов. Такой же серый, неприглядный, разломанный и блеклый, как прогнившие души скрывавшихся в нём убийц. Тихо открываю большие дубовые ворота… Никого не видно, не слышно… Но, это не значит, что здание пустует. Нужно просто знать, где искать. Немного дальше, за небрежно сброшенными на бетонный пол битыми стеклами, есть вход в небольшую комнату. Раньше она была кабинетом директора давно закрытого завода по переработке рыбы. На этом складе хранились коробки с расфасовкой на продажу. Пошарпанные стены до сих пор хранят в себе еле уловимый, но всё же едкий запах тухлятины. От того это место становится особо неприглядным, и, соответственно, редко посещаемым. То, что нужно, для таких, как мы.