Секретарь ЦК ЛКСМ К-ФССР Андропов
25.04.42 года.
Прочитав ещё раз этот раздел, Андропов подчеркнул карандашом фамилии. Да, он был прав, настояв на посылке Мелентьевой вместо Новожилова, тот вскоре пригодился в другом важном деле. Перекинув два листика, на третьем увидел абзац, дописанный своей рукой.
Далее шли страницы «Оперативного плана», легенда Лисициной.
Последним лежал его черновик.
Андропов перевернул последнюю страницу и увидел комсомольский билет Лисициной, который она отдала ему перед отправкой группы в Шелтозерье. Он поднёс билет близко к глазам, будто видел его в первый раз, стал вчитываться в каждое слово.
«Комсомольский билет № 6062372. Время вступления в ВЛКСМ — апрель 1939 года. Наименование организации, выдавшей билет — Дзержинский РК комсомола г. Ленинграда. 15 июня 1939 года».
Расписалась Аня большими длинными буквами, тщательно выписывая каждую.
Солнышко весело светило в окно. Андропов распахнул створки, и свежий ветерок осторожно шевельнул листки, подшитые в папке. Замурзанным замшевым лоскутком Андропов тщательно вытер перо, достал чистый лист бумаги и медленно вывел: «Погибла при выполнении боевого задания 4 августа 1942 года».
Отодвинув от себя этот лист, он подпёр голову двумя руками, закрыл глаза и сидел так долго-долго, пока не услышал, что его кто-то окликает с улицы. Хитровато посмеиваясь, у окна стоял Власов, ровный пробор светился средь влажных, тщательно причёсанных волос.
— Какую думу думаешь, секретарь? Три раза окликал, а он даже не дрогнул.
— Можешь зайти на минутку, Иван Владимыч?
— Некогда, дорогой Могикан, сегодня у меня три совещания. Так что ещё увидимся, наговоримся. Что с Мелентьевой?
— В госпитале она, там, за Свирью. Воспаление лёгких. Спасибо Сычову, лекарства хорошие достал. Бредила два дня, так он своего часового у палаты посадил. Врачи обещают дней через десять поставить на ноги.
— Скорее бы увидеть, что там они раздобыли.
— Я тоже жду с нетерпением, Иван Владимирович. Сычов намекает — сведения дельные. А коли так, надо девушек наградить. Если ты не против, я поговорю с Куприяновым, с Куусиненым.
— Добро. Представлять к ордену надо, но давай всё же дождёмся Мелентьеву, получим её донесение, взвесим его со всех сторон.
Власов зашагал дальше по улице Северной к ЦК партии. Андропов глядел ему вслед и думал, что судьба щедра была к нему на хороших людей.
Во второй папке лежали документы Мелентьевой. Анкета одна, затем другая, специальная, на нескольких плотных листах. Взгляд Андропова задержался на автобиографии. Он невольно улыбнулся — школьный почерк, упрощенная конструкция фраз, слово «безвыездно» написала раздельно.
