Как же он бесит! Бесит своим существованием. Бесит своими крашеными волосами. Бесит своей улыбочкой. Бесит, бесит, бесит! Хоть волком вой! Но почему же тогда все мысли заняты только им? Неужели правду говорят, что от ненависти до любви – один шаг? А ведь они так близко друг к другу… Всего лишь на расстоянии дыхания. Все герои совершеннолетние. Данилу – 23 года, Ивану – 30 летСодержит нецензурную брань.
Опять этот крашеный…
Один только вид парня, стоящего напротив него возле лифта, колбасил Ивана не по-детски. И вроде бы чего так возмущаться про себя? Ну стоит он себе, вальяжно опираясь на перила локтями, ну скрестил он ноги и одну поставил на носок, ну втыкает себе в телефон человек. Тебе какое дело, Иван Алексеевич? Ты взрослый мужик, солидный человек, работающий в крупной фирме. Ты сделал для себя всё, что хотел. К чему сейчас забивать себе голову пареньком, стоящим напротив?
И вроде бы Иван Алексеевич Холодов понимал, что его раздражение совершенно не обосновано, что нужно снисходительнее относиться к молодёжи. Но не мог. От слова "совсем". При этом бесился он только при виде конкретно этого блондинисто-крашеного тела. На всё остальное реагировал спокойно, рассудительно, по-взрослому так. А тут как с катушек срывался.
Конечно, явно показывать своё недовольство Иван Алексеевич не собирался. Зачем? К чему ему потом всевозможные разговоры и пересуды. Внешне нужно сохранять спокойствие, мило улыбаться и не реагировать. Ну и пусть в душе бушует вулкан страстей, внешне – никаких эмоций. Скала. Кремень. Бездушное создание.
Еще и эти волосы… Нахрена, а главное, зачем отращивать такую чёлку? Вот что она даёт? Плюс 5 к привлекательности? Да ну кто такое вообще придумал! По бокам коротко-коротко, и этот хаер сверху. Ещё и выкрасил зачем-то. Иван Алексеевич давно уже приметил, что у корней волосы у паренька темнее, русые или что-то вроде того.
Он мысленно одернул себя: к чему вообще так пристально рассматривать ненавистного соседа, ведь только хуже делаешь? Но Иван Алексеевич не мог не смотреть. Это пижонское чудо стояло перед его глазами, водило пальцем по телефону, чему-то улыбалось.
Улыбка была красивая, действительно красивая. Не слишком пухлые губы, чётко очерченные, нежно-розового оттенка. Красивое, красивое. Идеальный овал лица с чуть заострённым подбородком, прямой небольшой нос. Наверное, этого пижона можно было назвать симпатичным, если бы он не раздражал до глубины души.
Сам Холодов тоже был далеко не урод. Конечно, и завидным красавцем тоже не был. Всё было среднестатистическим, без излишних изысков. Его всё устраивало, всех, кто был рядом, тоже всё устраивало. Всё всегда было в порядке.
И он очень надеялся, что "всё в порядке" будет продолжаться и здесь, в доме, где он только недавно приобрёл квартиру. Комфортная, просторная двушка была идеальным вариантом для холостяцкой жизни. Всё устраивало: и вид из окна, и наличие бесплатной парковки, и исправная коммуникация. Не устраивало только одно: наличие блондинистого соседа, который с самого первого дня бесил Ивана Алексеевича только лишь своим существованием.
Всё началось ещё в момент переезда. Холодов перетаскивал коробки, полные различного бытового хлама. Когда уже дело подходило к концу, нёс последнюю коробку, тут на него налетел какой-то парень, свалив с ног. Коробка отлетела в сторону, Иван рухнул на бетонный пол подъезда, смачно ударившись задницей. Сверху на него приземлился этот самый парень. По инерции, чисто случайно, Ваня заключил его в объятия, крепко прижав к себе, а паренёк впечатался лбом об широкую грудь.
Когда парень поднял глаза, Иван Алексеевич просто утонул в серой бездне. Взгляд паренька был удивлённый, а в обрамлении густых ресниц выглядит почти волшебным. Иван Алексеевич залип на эти глаза и понял, что ничего красивее в жизни не видел. Даже не заметил, что продолжает крепко сжимать паренька в своих объятиях.
– Сначала познакомься, потом зажимай, – проворчал паренёк, пытаясь подняться. Однако сцепленные за спиной руки не давали ему этого сделать. – Ну, чего уставился? Отпусти, говорю!
С Вани тут же слетела пелена очарования, её место тут же заняла волна раздражения. Да что он себе позволяет! Мало того, что налетел на него из-за угла, так ещё и возмущается! Лучше бы спасибо сказал, что не расшиб себе лоб о бетон. А вот задница самого Ивана пострадала достаточно сильно.
Он все-таки разжал руки и выпустил паренька. Тяжесть тут же исчезла с его тела, паренёк резво пришёл в вертикальное положение.
– Смотреть надо, куда идешь, – буркнул Иван, вставая с пола.
Паренёк окинул взглядом фигуру Ивана, презрительно хмыкнул.
– Было бы на что смотреть ещё, глядишь, и не врезался.
Иван задохнулся от возмущения, но ответную реплику не выдал. Зачем обострять конфликт? Паренёк хмыкнул и тут же испарился с поля зрения. Иван встал, отряхнулся, собрал рассыпавшиеся вещи из коробки. Надо просто постараться забыть об этом инциденте и продолжать дальше мирно жить.
