В чем причина подобного расклада, я не знала. Но, судя по странным взглядам Тамира, у него была на этот счёт парочка собственных версий, и что-то мне упорно подсказывало - они мне вряд ли понравятся.
Пытаясь прогнать невесёлые мысли, легонько тряхнула головой и снова вернулась в свою реальность, в которой я лежала на широком балконе на мягком одеяле, расстеленном прямо на полу и смотрела на звёзды. А вокруг была тихая июльская ночь...
Да-да... уже вовсю шёл июль, и, несмотря на всю окружающую однообразность, время для меня летело просто с космической скоростью. И самым печальным оказалось то, что при такой непосредственной близости моря, за это лето я даже ни разу не подошла к воде. Где-то глубоко сидела обида за то что все мои знакомые сейчас отрывались на пляжах, вечеринках, гоняли по соседним городам-курортам на мотоциклах и автомобилях, одним словом, развлекались по полной, а я... А я сидела здесь, в этом идиотском месте, и все мои развлечения заканчивались рассматриванием звёздного неба!
Нет, Дом Солнца уже давно вошел в мою жизнь, как и осознание того, что я теперь никогда не смогу жить как нормальные люди, но развлечений и разнообразия мне сейчас безумно не хватало.
А ещё просто до изнеможения надоело врать родителям и друзьям. Кстати сейчас они думали, что я отправилась в тур по Европе со своим сокурсниками. Да, хотелось бы мне, чтобы всё это было правдой, но... увы. Ежедневные занятия и тренировки занимали очень много времени, и даже нравились мне, но вот по ночам всё чаще стали всплывать воспоминания о прошлой жизни и, в её сравнении с нынешней, вторая безоговорочно проигрывала.
Сейчас, как никогда раньше, я ощущала, что не свободна. Но кто бы знал, как хотелось этой самой свободы! А меня как будто привязали, но не физически... Эти верёвки находились глубоко в душе, и в полной мере ощущать я их стала после возвращения из Америки.
Я как пленница была вынуждена передвигаться только по определённой территории, а без разрешения Тамира и слова лишнего сказать не могла. И даже к собственному ужасу начала завидовать Максу, который своё обучение должен был начать ещё не скоро, а сейчас вовсю наслаждался свободой.
В очередной раз, осознав всю плачевность и никчёмность собственного положения, я подобралась к состоянию обострившейся депрессии, а на глазах стали наворачиваться слёзы. Но самым противным было то, что с каждым днём и с каждым новым приступом меланхолии сдерживать их становилось всё сложнее и сложнее...
Чаще всего, как, в общем, и сегодня, именно это становилось апогеем дня, и окончательно расклеившись, я спокойно шла спать. И пусть это звучит странно, но с наступлением утра, всё снова становилось на свои места, и от ночных депрессивных мыслей не оставалось ничего, кроме противного осадка в душе и лёгкого покраснения на глазах.
Да только, проснувшись следующим утром, я поняла, что дальше так продолжаться не может, и нужно что-то делать либо с моей жизнью, либо с психикой. Именно с таким настроем и направилась на утреннюю тренировку. И едва дождавшись её окончания, решительно двинулась к учителю, который внимательно наблюдал за мной сидя на лавочке.
- Тамир, что со мной происходит? Я же знаю, что ты давно в курсе всех этих моих идиотских мыслей. У меня больше нет сил с ними бороться... И если днём всё ещё более ли менее нормально, то ночью становится просто невыносимо... я не знаю, что делать.
Ответа не последовало. А вместо этого я почувствовала, как его тёплая рука осторожно легла на моё плечо. Затем всё так же аккуратно он стянул с моих волос резинку, и они рассыпались по плечам. У Тамира была одна интересная привычка, он просто обожал вот так сидеть и накручивать на пальцы мои волосы, или странными, но очень аккуратными движениями наводить хаос на месте, где мгновение назад была причёска. От этого я буквально млела и вполне справедливо стала считать это самым лучшим и действенным способом релаксации.
- Тиа, - тихо проговорил он, когда я уже окончательно успокоилась, - ты же сама прекрасно знаешь, в чём причина всего этого. Но...
- Что "но"? - что именно хотел сказать учитель, было совершенно непонятно, и, подняв голову, я наткнулась на его озадаченный взгляд.
Ответить он мне не успел, так как именно в этот момент на крыльце показалась обманчиво хрупкая фигурка Тарши. Скептически осмотрев открывшуюся её взору картину, она как-то ехидно хмыкнула и быстро направилась к нам.
- А раньше вот так кайфовать было только моей привилегией, да дядя?! - как-то не совсем дружелюбно произнесла она.
- Что ж делать, если вы обе приходите в себя только после таких вот манипуляций, - улыбнулся Тамир.
- Ладно, - с притворной покорностью согласилась девушка, - пора завтракать.
С этими словами она демонстративно развернулась и гордой поступью двинулась в сторону дома.