– Необходимо дополнительное расследование, – промямлил Артем, ошеломленный столь внезапным натиском, – за этим я и вернулся.
– Для чего? Я передал вам все материалы по этому делу, этого достаточно для нескольких разгромных статей.
– Видите ли, – голос уже оправившегося от неожиданности Доронина сменил тембр и звучал теперь не растерянно, а несколько даже вызывающе, – ваши материалы в редакцию я доставил, но у редактора сразу же возник ряд вопросов. Первое: почему сначала прокурор отказывается дать интервью журналисту центральной газеты, а потом тайно встречается с ним и передает все материалы следствия? Второе: почему он при этом просит не упоминать его имени, а представить все, как результат журналистского расследования?
– Я уже объяснил вам при встрече, – раздраженно возразил прокурор, – что до завершения расследования вообще не имею права ни с кем о нем говорить. Однако в данной ситуации я счел своим гражданским долгом предоставить центральной газете некоторые материалы.
– Конечно, – Артем ехидно и откровенно хмыкнул, – все это вы мне объяснили. Однако позже мне стало известно, что расследование по этому делу приостановлено. Поэтому сразу и третий вопрос: почему при столь явных уликах прокуратура закрывает дело? Возможна ведь такая ситуация: прокурор находится под чьим-то сильным давлением и вынужден прекратить официальное расследование, но хочет, тем не менее, предать дело гласности – чужими руками, так сказать. Вот все эти подробности я и должен выяснить.
С грохотом отодвинув стул, побагровевший Баяндин резко поднялся и вновь кинул уничтожающий взгляд на бутылку бренди.
– Сначала вы произвели на меня впечатление порядочного человека, – резко произнес он, – и я надеялся на вашу объективность в этом деле, но вижу, что вас купили. Что было бы с нашей страной, если бы вся пресса была столь же продажной, как вы! К счастью, пока еще есть честные люди, я обращусь к ним.
– А вы уверены, что ваше слово будет иметь значение? При данных обстоятельствах?
– Мерзавец!
Прокурор вышел, громко хлопнув дверью. Артем подождал, пока шаги Баяндина стихнут в конце коридора, потом отыскал в лежавшей на столике гостиничной телефонной книге номер телестудии и поднял трубку.
– Мне нужно поговорить с Тиной Валевской, – сурово сказал он, едва на другом конце провода откликнулся веселый девичий голос, – будет минут через двадцать? Передайте, чтобы срочно подъехала к Доронину, она знает, куда. Нет, перезванивать я не буду, пусть сама меня найдет – это в ее интересах.
Тина примчалась в гостиницу через час и, войдя в номер, с улыбкой протянула Артему обе руки.
– Артем! А я-то думала, что ты уехал, и мы в ближайшее время не увидимся, – в голосе ее слышалась фальшивая радость по поводу столь неожиданной встречи.
– Садись, – ответил он почти грубо, – надо поговорить.
– О чем? – продолжая улыбаться, она опустилась на диван.
– Все по тому же делу. Я должен предоставить в редакцию отчет о своей поездке, и у меня два варианта. Первый: с учетом видеоматериалов, которые ты мне дала, я характеризую Баяндина, как глубоко аморального человека, который для поддержания своего престижа готов даже сфабриковать улики и оклеветать порядочных предпринимателей. Второй: с учетом тех документов, что мне предоставила прокуратура, я разнесу всю вашу местную мафию, а Баяндина охарактеризую, как честного и принципиального человека, который борется за интересы простых тружеников. Кстати, он недавно у меня был, и мы с ним очень продуктивно побеседовали.
Лицо Тины выразило крайнюю растерянность.
– В чем дело, Артем? – спросила она. – Мы с тобой обо всем договорились, ты получил ту сумму, которую назвал, а теперь снова затеваешь игру? Смотри, так недолго и плохо кончить.
– Не надо меня пугать! – выпитое бренди придало ему храбрости. – Все материалы остались в Москве, и если со мной что-то случится…
– Что ты, что ты! Я не собираюсь тебя пугать, просто не понимаю, чего ты хочешь – еще денег?
– Мне нужна девушка – Зоя Парамонова. Она сбежала от меня в Ленинграде.
– Подожди, но где же ее теперь искать?
– Она вернулась сюда, больше ей некуда деваться. Я хочу, чтобы ее нашли и привезли ко мне.
– Хорошо, Артем, как скажешь, – кротко проговорила Тина, – если эта Зоя в городе, то ее найдут и доставят к тебе, но что с ней дальше делать? Когда ты уедешь, она останется здесь, или ты хочешь, чтобы она поехала с тобой?
– Я хочу на ней жениться – официально. Потом увезу ее в Москву.
– Ты… ты хочешь жениться на проститутке? – ошеломленная его словами Тина даже начала слегка заикаться. – Опомнись, Артем, ты действительно слишком много пьешь!
– Заткнись, а сама-то ты кто?! Забыла, скольким давала, пока не подцепила своего поляка? Я женюсь на Зое, а ваше дело ее найти и договориться, чтобы в местном ЗАГСе нас расписали – сразу и безо всяких проволочек.
Оскорбленная Тина поднялась и сухо сказала:
