Эркин молча покачал головой, снова на мгновение опустил ресницы и тут же улыбнулся, взмахом головы отбросил прядь со лба.
– Увидим. Кто знает, что будет. Я год назад разве думал… что такое будет? Нет ведь. Работал и Оврага ждал.
– За что тебя в Овраг? – удивился Андрей. – Ты ж здоровый был.
– А раб с детства про Овраг знает и ждёт его, – спокойно ответил Эркин. – Ладно. Не туда едем, – он, улыбаясь, смотрел на Джонатана и Фредди. – Вам это ни к чему теперь.
– Да, – кивнул Джонатан, – теперь…
– А если обратно всё повернут? – неожиданно жёстко спросил Фредди.
Эркин сразу повернулся к нему. Лицо его отвердело.
– Всё обратно? – тихо и очень спокойно спросил Эркин.
– Хотят всё, – так же тихо ответил Фредди.
– Пусть попробуют. Много оврагов понадобится, – Эркин холодно улыбнулся. – И мы там не одни лежать будем.
– Захватим, сколько сможем, – кивнул Андрей.
Парни переглянулись, и Андрей улыбнулся.
– Петь нельзя тут?
– Поздно для пения, – вздохнул Джонатан.
– Тогда спасибо за угощение, а мы спать пойдём, – Андрей подмигнул Эркину. – А то к лошадям проспим.
– Возьмите бельё, парни, – Джонатан кивком показал на лежащие на диване три стопки. – Раздевайтесь и ложитесь нормально.
– Ложитесь, – кивнул Фредди. – Я здесь на диване спать буду.
Когда за парнями закрылась дверь спальни, Джонатан с тихим бешенством спросил Фредди:
– Какого чёрта тебе понадобилось?..
– Лучше, чтоб их врасплох застали? – ответил вопросом Фредди, наливая себе коньяк.
– Мог выбрать другое время!
– Когда начнётся, предупреждать поздно.
– Что начнётся? Тебе с перепоя привиделось…
– Стоп, Джонни! Подбери поводья. Мне для перепоя больше бутылок надо. И без закуси. Мне это тоже поначалу бредом показалось. Но крутят, Джонни, именно туда.
– Кто крутит?
– Кто всё потерял. Ты много потерял двадцатого декабря? Когда русские свободу объявили, ну?
– Мне терять было нечего, ты знаешь.
– И мне. Нам обратно не нужно. А другим?
– Ну, Фредди, ну, не идиоты же они все?
– Всех не знаю. Но хватает. Идиотов. Русские уйдут, они и устроят… поворот.
– Ни хрена они не устроят, Фредди. Но крови будет много.
– Её всегда много. И когда дают, и когда отбирают.
– Ладно. От кого ты эту хренотень подцепил?
– Есть дураки. Болтливые дураки, Джонни. Они выбалтывают то, о чём молчат другие, самые опасные. Ладно, Джонни. Парней я предупредил, это главное.
– К какому числу они готовятся?
– К рождеству.
– У нас есть время.
Фредди рассмеялся.
– Дошло, наконец. Теперь продолжим праздник.
– Сволочь ты, – жалобно сказал Джонатан. – Хоть и грамотный.
Фредди смачно заржал:
– А ты это только сейчас заметил? – а отсмеявшись, встал и собрал грязную посуду на край стола. – Вот так. Парни, я думаю, уже легли.
– Загляни.
– И получи нож, так? Не дуйся, Джонни. Здесь есть о чём подумать, и есть время для раздумий. Мы свободны, Джонни, так что обратный поворот будет поворотом и для нас. Понимаешь?
– После полутора бутылок ты рассуждаешь удивительно трезво.
– Для меня это не доза, Джонни. – Фредди прислушался. – Спят. Укормились и дрыхнут.
– К лошадям пойдёшь ты?
– Спорим, – Фредди ухмыльнулся, – спорим, что Эркин не проспит?
– С тобой не спорю, – засмеялся Джонатан. – Накладно.
– То-то. Вот теперь продолжим.
– Уговорил. Как это произошло?
– Просто. Сели у костра. Поужинали. Наступило время трёпа. Меня немного подразнили и достали её.
– Подразнили? Как?
– Ну, есть, дескать, одна вещь, думаем, что твоя, тебе и решать. Я думал, розыгрыш. А оказалось… Я прямо обалдел.
– Ещё бы! – Джонатан медленно, смакуя, пил коньяк. – Но как они это сделали? Я имею в виду, как они её взяли без борьбы?
– Не знаю. Может быть, когда-нибудь мы узнаем. Если они захотят рассказать. Спрашивать я не буду.
– Понятно. Знаешь, Фредди, я, кажется, понял тебя. Ты сказал, что мы свободны. Стали свободными. И именно сейчас. Так?
– Да, Джонни. Я не хочу обратно.
– Кто бы спорил. Будем надеяться, до конца они не пойдут. Ограничатся разговорами.
– Будем надеяться, что Паук, а это он крутит, я уверен, не совсем выжил из ума. За удачу, Джонни!
– За удачу, – кивнул Джонатан. – Бóльшей удачи у нас не было, и не знаю, будет ли.
– И нужна ли бóльшая, – совсем тихо сказал Фредди.
Помедлив, Джонатан кивнул.
– Теперь давай за них. Как ты говоришь, Джонни? Удачу делают?
– Да.
– Вот за мастеров-изготовителей и давай.
– Согласен, – Джонатан залпом допил коньяк. – Возьмём ещё?
– Я же сказал, что собираюсь растянуть процесс, – рассмеялся Фредди. – Заночуешь здесь?
– Нет. Пойду к себе. Ну, и пройдусь заодно. Завтра…
– Завтра как завтра. Как всегда.
Фредди закрыл за Джонатаном дверь, усмехнулся и громко щёлкнул задвижкой. Вот так. Теперь можно и ложиться. Хоть два часа, но взять. Подошёл к двери в спальню, осторожно приоткрыл. Но только сонное дыхание двоих людей. Умотались за день парни, наелись, коньяку выпили… вот и спят крепко. Бесшумно ступая и не включая света, чтобы не разбудить парней, Фредди прошёл через спальню в ванную. Но когда он уже шёл обратно, его окликнули:
– Фредди…
Он застыл на месте. Разбудил?
– Ну, я.
– Подушку возьми.
Что-то мягкое ударило его в лицо, и раздался тихий смех.
