— «Деньги высылаю председателю артели на все ваши расходы», — продолжал читать старик. — Документы у вас при себе? — спросил почтарь, присаживаясь на корточки у принесенных Витей веток.
— На «Богатыре», — сказал юнга. — Вы поверьте нам!
— Верю, — сказал Коныч. — А теперь смотри, как костер оборудовать. Сначала малость мху, затем коры и всякой сухой мелочи. Поджигать нужно одной спичкой.
Старик чиркнул спичкой и, прикрыв ее ладонью от ветра, поднес огонек к сухому мху. Огонь сразу весело запрыгал по сушняку, и от загоревшегося костра уютно потянуло дымком. Но Коныч тут же разбросал костер и старательно, до последней искорки, все затоптал.
— Главней главного — в лесу не оставить огня! Тут у нас места торфяные. Как возьмется, беда всему краю быть может. Теперь совладаете сами? Вот вам коробок, там с десяток спичек наберется, должно хватить.
— Спасибо, дедушка, — сказал Витя, бережно укладывая спички в рюкзак. — А вы нам не отдадите деньги? Может, на самолет бы и хватило.
— Посочувствуйте! — просительно присовокупил юнга.
— Так. Снимай худой башмак, — приказал старик Вите. — Почта деньги выдает по документам, а не по сочувствию, — строго оборвал он сам себя. — Дорога к малохатке, как струна, прямая, ровная. Поторапливайтесь, а то как стемнеет, тут всякая лесная тень за чудище покажется.
Присев на толстый корень, Коныч стал, кряхтя, стаскивать с ног сапоги.
— Снял? — обратился он к Вите. — Давай-ка сюда! Ох-хо-хо, все на свете человеку полагается испытать. Долго я тебя буду ждать? Я по службе еду, — значится, по расписанию. Не задерживай!
— Пожалуйста, дедушка, — протянул Витя рваный ботинок. — А зачем вам?
— Соображай, говорю! — грозно нахмурил брови старик. — Кому босым легче — пешему или конному? Набьется колючек в ногу, через версту окосолапеешь. И второй давай.
Витя снял второй ботинок и отдал почтальону.
— С огнем поаккуратней в лесу! Огнем не шутите! А если председателя уговорю, деньги вам утречком в избушку подкину.
— Спасибо, дедушка, милый, — бросились ребята к старику, но тот уже взгромоздился на свою двуколку. — Но, Добрый! Но! Труси!
Оставшись одни, ребята еще долго прислушивались к затихающему топоту Доброго. Затем Витя натянул кирзовые сапоги почтаря. Немного свободны, но идти в них будет хорошо.
— Я про лесные пожары много читал, — заговорил Витя и вдруг вскочил на ноги. — Ай, дедушка! Дедушка-а-а! Опоздал, не услышит.
— На что он тебе? — удивился Коля.
— Опять он забыл свой мешок, — сказал Витя. — Ведь возвращался за ним, и опять… Коля… а он забыл?.. Или нарочно?
— Похоже, нарочно. Завтра привезет деньги, тогда и узнаем. Пошли? — Коля набросил на плечо вещевой мешок, прикрепил к нему уток.
Витя тоже взял рюкзак. Еще раз оглянувшись на дорогу, по какой уехал Коныч, ребята быстро пошли по узкой тропинке…
Ленивую, впритруску, рысь Доброго и легкий скрип почтовой двуколки Ариша услыхала километрах в пяти от границы поселка. Уже основательно стемнело, и кто едет по дороге разглядеть было нельзя. Но кто бы ни ехал, он не мог не заметить ребят, не мог разъехаться с ними. Ариша решила подождать и расспросить встречного о беглецах.
Почтарь Коныч был частым гостем в доме Лихолетовых. Большинство книг на книжной полке в столовой очутилось при его непосредственном участии.
— Коныч! — радостно окликнула почтаря девочка, едва он с ней поравнялся.
— А, Ариша, здравствуй, — сразу узнал ее почтальон.
— Дедушка Коныч, ты не встретил по дороге двух мальчиков? — сразу перешла к делу Ариша.
— Витю и Колю? А как же, повстречал. Вот тут им денежный перевод на вашего председателя, — похлопал дед рукой по кожаной сумке.
— А они? Они где?
— Где? А в малохатке. Там заночуют, а завтра утречком я им завезу грошики. Если председатель позволит.
— В малохатке? — Ариша хорошо знала этот приют для охотников и просто припоздавших прохожих.
Как хорошо, что она встретила Коныча. Теперь можно не беспокоиться о ребятах. Сегодня они там спокойно переночуют, а завтра она сама свезет им деньги.
Долго не раздумывая, Ариша вскарабкалась на двуколку и уместилась рядом с почтальоном. Они вместе поедут к председателю. Ариша передаст ему Колину записку и сама уговорит его, чтоб не возвращал беглецов обратно. А завтра утречком вдвоем с Конычем они поедут в малохатку.
— Но, Добрый, — тряхнул вожжами почтарь, и конь, почуяв запах жилья, весело затрусил по дороге в «Приморье».
Следуя по тропинке, указанной Конычем, ребята скоро заметили берега маленькой быстрой речушки. Коля вышел к реке первым — он был головным в «колонне». Витя замыкал шествие. Темнота, постепенно спускающаяся на тропинку, заставляла Колю ускорять шаги, а Витю время от времени оглядываться назад.
