— Окей, до связи, — невозмутимо закругляется Ибрагимбек. У них, на их с кэпом родной Варгане, видимо, какая-то массовая мутация у колонистов приключилась — ни черта не боятся, ни за кого не волнуются, море им по колено. Достаточно вспомнить, как она спать завалилась, когда мы с Яркой корыто вели.
Надеюсь, собранные Бо данные и та информация, что мы получили от Ника, пока экскурсию проводили, верны, и никаких жутких хищников и особо опасных тварей на Нюкии, которую местные величают дурацким словечком Землянда, нет, и до города мы дотопаем без травм и потерь среди личного состава. Таинственные альфы по развитию от своих самцов вряд ли далеко ушли, умываться умеют разве что, так что девчонки с копьями только моего наивного племяша напугать и могут. А кто месяц под одной крышей с Соколовой продержался, того вообще уже дикарками не зашугаешь.
Развернув голограмму карты над ручным компом, определяю направление и пристраиваюсь за широченной спиной рванувшего к цели кэпа — у него бластер есть, в конце концов.
— Остается надеяться, что никакие аборигены не раскурочат шлюп в наше отсутствие и кучу сверху в довесок не навалят, — ворчит Бас, раздвигая густые ветви кустарника. С них тут же в разные стороны прыскают пестрые бабочки или что-то вроде того. Ух ты, я думал, это цветы вообще.
— Кучу — это у них запросто, — соглашаюсь я. — С демонами тут принято бороться самыми грязными методами…
Природа здесь, конечно, здорово красивая, ничего не скажешь. Цветет все. И спиртоносные саксаулы из-под земли не рвутся за ноги тебя хапнуть. Зверюшки какие-то шмыгают, но людьми они уже пуганные, что хорошо.
— И ведь царапнула мыслишка, мать зиркову в кокон — не прихватить ли ранцы? — не менее скафнюче откликается Варг, проламываясь сквозь заросли напрямки, как коборук. Километра три пройти надо — и выйдем на укатанную грунтовку, которая ведет к воротам поселения. Сколько кэп на нашем корыте вообще летает? Я вот уже смирился с мыслью, что сдохнуть на нем может что угодно и в любую секунду. И подстраховаться никогда нелишне.
— Где гарантия, что и они не вышли бы из строя? — пожимает плечами Рекичински. — Мистер Ксенакис, вы в самом деле мастер своего дела. У меня даже термак сухим остался, — с легкой усмешкой добавляет он. Миновав густые заросли, мы выходим в полосу деревьев, где лесной «подшерсток» не так густ, идти становится легче, и группа немного рассредотачивается, больше не ступая след в след.
— Тропинка, похоже, — констатирует Варг, ткнув пальцем себе под ноги. На что поспорить, что в звездных тропах он куда больше разбирается, чем в протоптанных на земле?
— Рад за тебя, Уилсон, — не без ехидства отзывается Бас. — Как знать, не вредна ли повышенная влажность контейнеру с той хреновиной, что у тебя на шее болтается.
Черная дыра подери, как-то я совсем позабыл, что кэп, перед тем как выкинуть Рекичински на Ксену, сомнительное это имущество суперкарго вернул. Покосившись на невыразительное лицо самозваного офицера, я открываю было рот, чтобы поинтересоваться, как же он собирается смертоносной межгалактической угрозой распорядиться, но в этот самый миг на меня что-то шваркается, стягивая по рукам и ногам, вздергивает в воздух, и вместо приличных слов из моего рта вылетает совершенно неприличное. Похуже зирка гирганейского, да.
Первый проблеск адекватного сознания на мгновение выдергивает меня из благословенного небытия. В следующую секунду приходит неутешительное понимание: это было еще какое… бытие. Альтернативное.
— Ты кто, спали тебя Алголь, такой и какой черной дыры тут делаешь?! — рявкаю я от ужаса, узрев компаньона по этому самому бытию. В жизни не видала прежде этого зиркова сына! Неужто я того… с туземцем каким? Машинально схватившись за раскалывающуюся голову, нащупываю какую-то фиговину, запутавшуюся в кудрях. Фигура мужика начинает странно мерцать. Радиоактивный, что ли?!
— Щупала от меня убрал! — реву я внезапно проклюнувшимся во мне голосом пращура, предназначенным для особо борзых новобранцев. Кулак сам собой летит вперед, повергая нахала в нокаут. Тот без малейшего сопротивления ухается на пол. От резкого движения под черепом словно глубоководная бомба разрывается, я прижимаю пальцы к вискам и снова натыкаюсь на непонятную приблуду. Раздраженно сдергиваю ее, и тушка незнакомца моментально истаивает в воздухе, не оставив ни следа своего недавнего присутствия. Уставившись на устройство в своей руке, начинаю соображать, что к чему.
