– Ты все равно туда не пролезешь! – сообразив, к чему эти приготовления, быстро сказала Алка. – Не хочу тебя обижать, Кузнецова, но ты у нас не Дюймовочка. Ну-ка, посторонись! И постели на подоконник эту свою тряпку…
Годы работы физинструктором не прошли для Трошкиной бесследно, да и я, как выяснилось, сохранила профпригодность к простым акробатическим построениям. Тощенькая гибкая Алка аккуратно села на окошко, протянула ножки вниз, а ручки – мне, и я потихоньку, полегоньку спустила ее в подвал.
– Брось сумку, у меня там маникюрный набор! – прогудела возрастная гимнастка из полумрака.
На то чтобы перерезать путы пленницы кривыми ножничками, Трошкина потратила минуты три, не больше. А тряпку, которая стягивала рот несчастной, она сдернула еще до этого, и я ничуть не удивилась, узнав в несчастной узнице… «покойную» Марету Жане!
Освободив ее, Алка метнулась к окошку, запрокинула вверх озабоченную физиономию и прокричала:
– Инка, я ее распутала, что дальше?!
Ключевой вопрос современности никак не терял актуальности.
– Она в окошко не пролезет – тоже не Дюймовочка! – встревоженно прокричала Трошкина.
Я не успела ей ответить, впрочем, и придумать ответ тоже не успела. За углом дома нудно проблеяла скрипучая калитка – значит, у Мурата Руслановича все-таки имелся при себе ключик!
– Алка, прячься в самый темный угол! – зашептала я, сунувшись в разбитое окошко. – Мы отступаем, но не сдаемся! Я с собаками отхожу за сарай и оттуда немедленно вызываю милицию и спасателей! Ты и оглянуться не успеешь, как вас вытащат! Держись!
Пригибаясь, я проворно поймала хвосты поводков, тянущихся за кружащими вокруг меня собаками, намотала ремешки на руку и перебежала задний двор, чтобы укрыться за сараем. Спрятавшись в какой-то могучей поросли, велела кобелям лежать, достала мобильник и позвонила своему любимому милицейскому капитану Денису Кулебякину.
– Да, дорогая! – приветливо отозвался он.
– Дениска, милый, скорее пришли нам подкрепление! Мы тут лежим…
– Где?
– В траве, но это неважно…
– С кем?
Голос милого похолодел, но я не обратила на это внимания:
– С кобелями, но это тоже неважно…
– Это им нужно подкрепление?!
– Нет, подкрепление нужно нам с Алкой!
– Я перезвоню, – сухо сказал Кулебякин и отключился.
– Не поняла?
Я с недоумением посмотрела на мобильник и послала милому второй вызов, но у него уже было занято.
– Вот так всегда с этими мужчинами! Как ночь скоротать – так пожалуйста, а как маленький подвиг совершить – так не допросишься! – пожаловалась я Барклаю и Фунтику.
Попытка призвать на помощь дружественного мента не удалась, и я позвонила просто по 02. А потом – для пущей надежности – еще по 01, 03, в Горводоканал и в Санэпиднадзор.
«А знала бы номерок – и миротворцев ООН вызвонила бы, да?» – ворчливо прокомментировал мою неразборчивость в телефонных связях внутренний голос.
– Да! – ответила я и стала ждать прибытия хоть какого-нибудь подкрепления.
– Как тебе вчерашний матч, Дэн? – хлопнув капитана Кулебякина по плечу, весело спросил его Руслан Барабанов. – Когда Терри поскользнулся на газоне, я, определенно, понял, что сама земля русская ополчилась против «Челси», и окончательно решил болеть за «Манчестер Юнайтед»!
– Эм Ю – супер, – машинально отозвался капитан Кулебякин, не отрываясь от книжки.
– Эм Ю Лермонтов? – хохотнул Руслан, продемонстрировав нетипичное для сотрудника ГУВД знание непрофильной дисциплины. – Ты что это читаешь?
– «Криминалистическое моделирование как аспект уголовного судопроизводства», – с унылой гордостью ответил Денис.
Руслан заглянул в книгу поверх широкого плеча товарища и с выражением продекламировал:
– «Теперь рассмотрим варианты деструктивного поведения, свидетельствующие о пристрастности субъекта к преступлению». Ого! Повышаешь квалификацию? Молодец! Обедать идешь?
– Не хочу.
– Чего это? Так не пойдет, настоящий мужик должен все делать основательно, в том числе – плотно питаться!
– Ты основательно и плотно мешаешь мне работать, – с досадой пробормотал капитан Кулебякин.
– Друг мой! – проникновенно сказал Руслан, седлая пустой стул. – Рассмотрим варианты результатов деструктивного поведения, свидетельствующего о беспристрастности субъекта к обеду! Вариант первый: язва желудка. Вариант второй: дистрофия. Вариант третий, комбинированный: язва, дистрофия и полное угасание интереса к противоположному полу.
– Там, там, та-там-там! – мобильный телефон капитана Кулебякина не в тему заиграл марш Мендельсона.
– Да, дорогая! – Денис откликнулся на звонок с живостью, свидетельствующей о том, что его интерес к противоположному полу так же далек от угасания, как Вечный огонь.
Капитан Барабанов из деликатности отвернулся и притворился глухим, но разговор Дениса с любимой девушкой был недолгим.
– Вот холера! Зараза! Белокурая бестия! – разнообразно ругался капитан Кулебякин, спешно набирая новый телефонный номер.
