– На Чуднинское репостроительное хозяйство совершено нападение, – зычным голосом сообщил соратникам брат. – Враг неизвестен. Предположительно – нежить. Но точное определение, как и численность, мы узнаем на месте.
– Иван же сказал, вурдалаки! – пробурчал снизу Гаврила. Он, пользуясь тем, что командир стоит рядом, не спешил вставать. Ему и так всё было прекрасно слышно.
– Это ещё не известно, – сурово поглядел на него Степан. – Одна маленькая девочка с длинными зубами – ещё не повод говорить о нашествии вурдалаков.
– А у нас камер там нет? – поинтересовался Утырок.
– По-моему, нет, – покачал головой брат. – Далеко слишком. Хотя, надо у Кулиба спросить.
– Должна быть! – уверенно проговорил Василий Стрелков. – Моя ж прошлая жена, Луша, из тамошних. А раз наш рандом смог её выбрать, значит есть там камеры. Хотя бы одна.
– Добро, – Степан кивнул головой. – Мы с Ваней прогуляемся до Кулиба. А вы готовьтесь. Через полчаса чтобы были готовы. Полное вооружение.
Дружинники загомонили и разошлись. А мы с братом поспешили к нашему придворному технику.
– Ну и чудик ты, малой, шлёпанцы Суворова! – усмехнулся Степан. – Это ж надо, поверить бредням болтливого осла!
– Ты же знаешь, он все уши прожужжит, если его проигнорировать, – я пожал плечами.
– Я б ему промеж ушей прописал. Тут же и успокоился бы!
– Как видишь, его сведения оказались полезными.
– Ну, это мы ещё посмотрим.
Кулиб сидел перед стеной мониторов, положив ноги на стол и похлёбывая травяной взвар из своей огромной кружки.
– Привет, кибернетик! Дело есть, – с порога провозгласил Степан.
Техник вздрогнул и пролил себе на штаны горячий напиток. Вскочил, похлопывая себя по ошпаренной ляжке.
– Зачем так пугать?! – он зло зыркнул на Степана.
– Бдеть надо на важном посту! – припечатал брат.
– Что за дело-то такое срочное, из-за чего человека до инфаркта стоит доводить? – буркнул Кулиб, снова занимая место за мониторами.
– На Чуднинском камеры есть?
– Ну, есть парочка.
– Показывай.
Кулиб навис над клавиатурой и забегал по ней пальцами.
– Вот и вот, – он указал на два центральных экрана.
– Так себе качество, – хмыкнул я, глядя на рябь, среди которой смутно угадывались контуры домов.
– Нормальное, – скривил губы техник. – Это ты привык ко всяким там штучкам из Верхнего мира. А у нас всё по-простому.
– Да я вообще удивляюсь, откуда там камеры взялись? Плантация же весьма далеко от нас.
– Извернулись, – буркнул Кулиб.
– Ничего не видно, – вздохнул Степан. – Давай на всякий случай запись с ночи посмотрим.
Следующие полчаса мы пытались хоть что-то разобрать на древних мониторах. Единственное, что мы поняли, так это то, что весь народ около четырёх утра пробежал толпой под одной из камер.
– Чепчик Маннергейма! – воскликнул Степан. – Куда это они ломанулись?
– Утренняя пробежка? – предположил Кулиб. – Здоровье народа в любое время года?
– Кто-то их напугал, – задумчиво проговорил брат.
– Вурдалаки, – со знанием дела вставил я.
– Не будоражь народ раньше времени, – Степан наградил меня суровым взглядом. – Съездим с парнями, разберёмся. А ты пока останешься за старшего. Или хотел с нами прогуляться?
– Нет уж, спасибо. Мне утренней поездки хватило.
Тишка издал прощальный гудок. Дружина во главе со Степаном вылетела со двора и устремилась к Чуднинскому хозяйству.
– Куда это они? – раздался за моей спиной голос отца.
Царь стоял на пороге палат, заспанный и слегка отёкший. Кажется, они вчера с Сафоном, нашим глашатаем по связям с общественностью, засиделись до… до сегодня. Помню, когда я поздно вечером проходил под окнами палат, оттуда доносились тоскливые песни. Что-то про тёмные силы, которые нас злобно гнетут, а ещё про какой-то дельтаплан.
– На репостроительном какая-то дичь происходит, – я обернулся к отцу и сделал пару шагов навстречу.
– Что за дичь? – не понял он.
– Пока не ясно. Я там был утром. Народ куда-то весь делся. А меня какая-то девочка странная встретила. С длинными клыками.
– Вампирша? – ахнул царь.
– Вроде, нет, – я пожал плечами. – Уже светло было. А они, кажется, не могут на свету. Я почему-то решил, что она – вурдалак.
– А я что сказал? – брови отца поползли наверх.
– Вампир.
– А что, есть разница?
– Трудно сказать. Они ж это, – я вспомнил слова ослика, – существа неизученные, редкие… к нашему счастью.
– Вот что я тебе скажу, – отец взял меня под локоть и увлёк под козырёк перед входом. – Видал я вампиров. Гадкие и не очень похожие на людей твари.
– Тогда это не они. Та девочка – вполне нормальный человеческий ребёнок. Ницше её даже вурдалапочкой назвал.
– Или мои вампиры какой-то другой породы были. Мои, допустим, легавые, а твои – гончие.
– Вампиры, вурдалаки – главное, чтобы Степан с ними разобрался.
– Справится, – кивнул отец. Правда, в его голосе не чувствовалась абсолютная уверенность.
– Твоих как, обычное оружие убивало? – спросил я на всякий случай.
– Да спалили их нафиг, и вся недолга! – махнул рукой царь.
– Расскажешь?
– Я уж толком и не помню. Это, кажется, было уже когда я здесь править стал…
Со стороны ворот раздался гомон.
– Это ещё что такое? – Никанор нахмурился.
