Пробежавшись глазами по листку бумаге, в верхнем правом углу которого красовался штамп “СЕКРЕТНО”, Игмар помрачнел. В отличии от Картии, в Найзире не успело сформироваться полноценного государства, когда до него добралась экспансия Империи. Многочисленные племена, разной степени могущества, находившиеся на разных стадиях разложения общинно-племенного строя, постоянно враждовали друг с другом. Порой они заключали временные союзы, иные из которых по численности тянули на государство мелких размеров, но долго ни один из них не продержался. Возможно, со временем появился бы великий вождь, сумевший объединить бы многочисленные племена под своей рукой, но Империя не позволила этому случиться. Образцово-показательная политики “Разделяй и Властвуй” прошедших лет успешно перессорила между собой племена. Более слабым помогали оружием и советниками в войне против более сильных. В результате всего одного десятилетия непрекращающихся жесточайших межплеменных войн, Найзирцы ослабли настолько, что не смогли ничего противопоставить экспедиционному корпусу Империи.
Последние остававшиеся в силе племена были разбиты, после чего дело осталось за малым - грамотно обработать вождей разгромленных племён. Поскольку имущественное расслоение в большинстве племён Найзира к моменту их падения уже достигло значительных высот, подкупить немногочисленную элиту дикарей не составило большого труда и затрат. А если кто-то из лидеров папуасов начинал думать о себе слишком много, его тут же меняли на кого-нибудь из соплеменников, что был поумнее и по сговорчивее. Благо желающих сесть на тёпленькое место всегда хватало.
В таком состоянии Найзир пребывал больше сотни лет. В отличии от Картии, на чёрном континенте экспансия Империи продвинулась куда дальше побережья. В глубине материка имперские геологи разведали множество залежей полезных ископаемых от угля до железа. Их разработка приносила в казну и карманы владельцев месторождений гигантские прибыли, благо трудились на них местные аборигены, чаще всего за еду и кров над головой. Кое-что, конечно, перепадало и местной элите, которая собственно и приглядывала за своими же соплеменниками. Одним словом, идеальная обстановка для Империи. Местные за гроши добывают ресурсы, которые идут в метрополию, а потом на эти гроши покупают имперские же товары, которые идут уже в колонию.
Такая благостная для магнатов Империи обстановка, конечно, не могла не радовать местных, у которых были хоть какие-то мозги, но грамотная политика ИКА, сочетавшая кнут и пряник, до поры до времени позволяла сдерживать недовольство аборигенов. Наиболее ярых и недовольных смутьянов заблаговременно выявляли, благодаря широкой сети осведомителей, после чего либо вербовали, либо устраняли. Местной элите регулярно мазали мёдом по губам, а для черни устраивали пару раз в год бесплатные массовые раздачи пищи, гуляния и прочие шоу. Конечно, полностью от происшествий это не спасало, но на крайний случай всегда имелись имперские регулярные войска и несколько туземных батальонов.
Но сейчас отлаженный механизм дал сбой. В докладе разведчиков особенно был выделен один абзац. После начала мятежа, в Найзир была отправлена оперативная группа, вроде той, что в возглавлял Рейхард. Она выявила, что агенты разведки в Найзире неоднократно предупреждали о неуклонном росте недовольства аборигенов в последние годы, вызванного тем, что чудовищное расслоение между вкалывающей на заводах и рудниках чернью и живущей в роскоши верхушкой, становилось всё шире и всё более заметным. Но до столицы их доклады не доходили. Вместо них ответственный за это офицер слал в метрополию рапорты, что в колонии всё в порядке и под контролем. По странному стечению обстоятельств, он и двое его замов бесследно пропали с началом мятежа.
Повышению напряжённости так же способствовал рост числа образованных и квалифицированных рабочих на заводах. Последнее было связано с тем, что ставить к сложному и дорогому станку папуаса, вчера слезшего с пальмы, было невозможно. А граждане Империи отнюдь не пылали желанием трудиться на заводах и рудниках в далёкой жаркой колонии. Да и владельцы месторождений и заводов тоже отнюдь не горели желанием брать на работу граждан. Ведь им нужно платить достойную зарплату, они могут организовать профсоюз и начать требовать какие-то права. И их уже нельзя просто так расстрелять из пулемётов, в отличие от местных обезьян.
