– За что? – удивился Трофим, от неожиданности даже выпуская пакет с гнеткой из рук. Тварюшка, заключенная в ледяной сфере, покатилась по столу и остановилась возле Максовой тарелки.
– Ну как же… – растерялась Яся и перевела взгляд на Макса. Тот отложил вилку, вытер рот салфеткой, взял шар – и под его пальцами тот хрустнул и осыпался инеем. Освобожденная гнетка заверещала, но ровно до тех пор, пока не оказалась в руках Трофима. Там она отчего-то притихла, прижала мелкие ушки к голове и вроде как даже негромко заурчала.
– Вот за это и вообще, – Яся неопределенно махнула рукой. Признаться, она была уверена, что Макс уже все Трофиму рассказал. А что он мог рассказать? Что она поговорила с человеком, помахала серпом – и тот умер?
– Давай про это «вообще» поподробнее, если можно, – мягко попросил Трофим, поглаживая жмущуюся к нему гнетку, – Но имей в виду, ты можешь и отказаться. Твое право.
– Правда что ли? Можно просто ничего не объяснять? – удивилась Яся, посмотрела на Макса и тот нехотя кивнул.
– Понимаешь, – усмехнулся Трофим, – Я не имею права указывать тебе, как жить, что делать и кому служить. Пока ты лично не вредишь мне.
– Вам?
– Мне, – подтвердил тот, – У нас есть негласные правила, но, если честно, они достаточно разняться у тех же ведьм, высших вурдалаков и у нас, колдунов. Потому каждый старается поступать по совести. Ну, или что там у кого есть.
– Подождите, – нахмурилась Яся, – То есть, если бы меня убил вурдалак еще тогда, в салоне мадам Ирэн, то ничего бы ему за это не было? Нет у вас никаких законов, наказывающих за убийство?
– Ты сама по себе, колдунья. И подставилась, А потому нет.
Яся выдохнула, откинувшись на спинку кресла. Чизкейк больше не лез в горло.
– То есть все могут творить все, что угодно, лишь бы не мешать друг другу?
Макс поднялся и отошел к окну, а Трофим продолжил, пожав плечами:
– Почти. Все мы разные, колдуны в том числе. Мы тоже можем помочь, но…
– Но когда вам это выгодно?
– Вроде того.
Яся закрыла глаза и сжала ладони в кулак.
– Хорошо. Я поняла. Спасибо за разъяснения. Но тогда, пожалуй, я воспользуюсь своим правом одиночки и ничего не буду вам докладывать.
– Ясь, ну что ты начинаешь, мы ведь… – начал Макс, но Трофим его перебил:
– С вурдалаками все остается в силе. Пока я не пойму, что тебе ничего не угрожает, Макс будет рядом. Это наша вина.
Яся пожала плечами. И на том спасибо.
– И не принимай на свой счет, – Трофим поднялся, пересаживая гнетку на плечо. Та, что удивительно, совершенно не сопротивлялась. Как миленькая прильнула к нему, обхватив ручонками его шею, – Просто так устроен наш мир, разберешься со временем.
– Угу.
Яся не поднимала глаз до тех пор, пока Трофим не ушел. А потом молча налила себе чай, который был совсем не таким вкусным, как у Семена, и принялась неторопливо пить. Избавляться от иллюзий тоже бывает полезно. Ну правда, с чего она взяла, что в этом странном мире есть кому-то до нее дело? Ждала учителя, пыталась доверять Максу… Надеялась, что они поймут, какая она… Яся усмехнулась… замечательная, и тут же примутся помогать. Не примутся. Не поймут. И что Максу надо от нее, она пока не знала. Но видимо, что-то все же есть. Хорошо хоть, пока она не представляет для них опасности и не сходит с ума, как одна из Мораниных служек, о которой рассказывал Трофим, и они будут закрывать глаза на то, чем она занимается.
Макс тоже вернулся за стол, подвинул себе тарелку, некоторое время даже ел, а потом бросил вилку, налил себе полный стакан воды, залпом выпил, посмотрел на Ясю и… Промолчал.
– Как думаешь, все это сойдет за два ужина? – Яся обвела руками стол.
– Судя по количеству тарелок, даже три, – насупившись, отозвался Макс.
– Ну и отлично, значит мы квиты.
Яся махнула заглянувшей к ним девчонке-официантке.
– Принесите счет, пожалуйста!
– А все уже оплачено, – улыбнулась она, – Вам еще что-нибудь принести?
Яся покачала головой и расстроено сказала Максу:
– Эх, ну значит, еще буду тебе должна.
– Да не надо, – нахмурился он, – Я же не потому, что… А…
Он маялся и переживал, это было очень видно. Но Ясе не хотелось его успокаивать. Когда правду проговаривают словами через рот, иногда она звучит не очень приятно.
– Трофим слишком сгустил краски, – наконец, сказал он, – Мы живем ровно по тем же законам, что и люди. Почти. Со своими особенностями, конечно, но в беде никого не бросаем.
– Мы – это вы с Трофимом? – поинтересовалась Яся.
– Да. По крайней мере, с тех пор, как я рядом с ним.
– Это с каких?
– Ну… второй год пошел.
– Оу, ну если второй год, тогда понятно, – Яся не могла сдержать ехидства.
– Просто… – начал Макс и, не договорив, махнул рукой.
– Просто ответь, вот сожрал бы меня тот вурдалак в салоне мадам Ирэн, пришел бы ты, а там не он, а я на полу мертвая валяюсь, что бы ты сделал?
И закончила, сама отвечая на свой вопрос:
– А ничего бы ты не сделал. Решил бы, что у нас свои разборки.