Не теряя времени, я встретился с генералом В. П. Свиридовым, опытным, хорошо подготовленным в общевойсковом отношении артиллеристом, любящим и знающим свое дело. Продумали с ним, как лучше организовать централизованное управление артиллерийским огнем. Мне вспомнились башня "Телефоники" в Мадриде и высота Хамар-Даба в районе Халхин-Гола. Где создать в Ленинграде такой центр управления? Самая высокая точка - купол Исаакиевского собора. Решили использовать его. На высоких зданиях окраин были созданы дополнительные наблюдательные пункты в каждом секторе обороны. Начальник артиллерии фронта предпочел свой пункт иметь на элеваторе, уступив купол Исаакия противовоздушникам. Ленинградские артиллеристы умело применяли аэростаты наблюдения. К сожалению, под Ленинградом оказалось очень мало самолетов-корректировщиков. Их функции частично стали исполнять истребители: некоторые летчики быстро научились искусству корректировки артиллерийского огня.
Связь по телефону и радио работала безотказно и хорошо обеспечивала управление огнем артиллерии.
Наши звукометрические станции засекали стреляющие батареи противника и давали их координаты с вполне достаточной точностью. В эти дни я много раз вспоминал добрым словом нашего замечательного конструктора, который создал эти станции.
Ленинградские артиллеристы умело использовали все виды и средства инструментальной разведки. Сказалось то, что на Ленфронте собралось много командиров, в довоенное время принимавших активное участие в опытных артиллерийских учениях, на которых разрабатывались разнообразные приемы контрбатарейной борьбы. Эти товарищи задавали тон в поисках наиболее эффективных методов подавления вражеских батарей.
Гитлеровцы предпринимали отчаянные попытки взять город штурмом. Немецкое командование не раз объявляло по радио, что остаются считанные дни до захвата Ленинграда. Генералы и офицеры фашистских войск уже готовились пировать в "Астории".
Наиболее ожесточенные бои развернулись у подступов к Пулковским высотам. Защитники Пулкова стойко отбивали яростные атаки противника. Артиллеристы Ленинграда ставили здесь надежные огневые заслоны, преграждавшие дорогу врагу.
Обычным признаком надвигавшегося очередного штурма было внезапно наступавшее полное радиомолчание в расположении немецко-фашистских войск. Прекращение работы вражеских радиостанций сразу настораживало нас. Пехотинцы готовились к решительному отпору. Артиллерия всех видов и калибров нацеливалась на скопления войск противника.
Так было и в один из сентябрьских дней. Все немецкие радиостанции прекратили свою обычную работу. Шли томительные часы в ожидании начала активных действий противника. Вдруг к командующему войсками фронта вошел дежурный связист и доложил, что перехвачена небольшая радиограмма противника. В ней содержалось приказание командира немецкого тяжелого артиллерийского дивизиона к рассвету следующего дня подать на огневые позиции дивизиона два боевых комплекта боеприпасов.
Наша авиация, наземная, береговая и корабельная артиллерия на этот раз упредили противника. Обрушив на него мощные удары, они нанесли врагу большие потери. Наступление гитлеровцев было сорвано. Пленные показывали на допросах, что гитлеровское командование ошеломлено неудачей наступления под Ленинградом.
Войска Ленинградского фронта предприняли в сентябре ряд частных наступательных операций, но особых территориальных успехов не имели; сказывалось недостаточное умение наступать, четко организовать взаимодействие в бою различных родов войск, сочетать огонь и движение. Командиры и штабы плохо управляли войсками при переходе от обороны к наступлению. Тем не менее, эти бои сыграли немалое значение: враг нес потери, наши активные действия не давали немцам возможности снимать войска из-под Ленинграда и перебрасывать их на другие фронты, а главное, наши бойцы и командиры получили большой опыт, который пригодился им впоследствии в крупных наступательных операциях.
В частях стало больше порядка и организованности. Более четко осуществлялось взаимодействие артиллерии фронта с артиллерией Балтийского флота, укрепилась оборона на подступах к городу.
В Ленинграде в эти опаснейшие дни не было и признака паники. Трудящиеся города стойко переносили все невзгоды военного времени.
Враг вынужден был отказаться от попыток взять город штурмом, зарылся в землю, подтянул к городу дальнобойную артиллерию. Началась длительная, затяжная контрбатарейная борьба. Ленинградские артиллеристы проявили высокое мужество и мастерство.
Им было нелегко. Доставлять боеприпасы в осажденный город становилось все труднее и труднее. Приходилось беречь каждый снаряд.
В Ленинграде я повидался с отцом. Он проявлял кипучую энергию по эвакуации детей на Большую землю, а сам категорически отказался выехать в тыл страны.
В этот раз я провел двадцать суток в осажденном городе.
В конце сентября меня вызвали в Москву: в Ставке накопилось много срочных дел.
Ночной разговор
